Неожиданно, состороны улицы, послышались чьи-то шаги, а когда я, с опозданием повернулся было туда, прямо над ухом, раздался знакомый, обдавший винным перегаром, и табачным духом голос. - Оба! А кто это у нас тут шпионит! Да это никак наш Алекс! Обрадовался мой однокашник, и закляты друг Лешка Каналья. А состороны входа водвор, к нам уже подходили его постоянные подельнички. Я узнал их почти всех, за исключением пары лбов, которых у нас раньше не встречал. Именно один из этих качков, неожиданно, походя, лениво-так, ткнул кулаком меня в нос, от чего я, ослепленный вспышкой синих искр, в глазах, едва не выронив свою ношу, заливая кровью, новенькую еще рубашку, отлетел к шершавой, бетонной стене, здорово приложившись затылком.
- Ух ты! А чего это у него за баян?! Гля! Самбист! Ты вроде лобаеш! Не сгодится? И здоровый-такой бугай, в светлой футболке, с бритым черепом, и отвратным запахом недельного перегара, смешанного еще с какой-то дрянью, склонился надо мной, протягивая свои немытые лапы, к несчастной гитаре, попавшей благодаря мне сегодня, в очередную передрягу.
В тот момент, мне казалось, что жизнь моя окончена. И давно точивший на меня свои кривые зубы, Рыжий Лешка-таки наконец поквитается все же, с этим инженерским сынком.
Нет, страшно почему-то не было. Было жалко маму, и как ни странно Катьку, которая, современи переезда в наш дом, стала мне почти другом. Я чувствовал, своим не вполне взрослым и еще мало понимающим сердцем, что тут есть что-то большее, однако, это сердце, полностью принадлежало моей Юльке, так что я, делал вид буд-то ничего незамечаю, и старался просто дружить с ней. Я знал так же, из дворовых слухов, что передавались как обычно, по сарафанному радио, о том, что Рыжий Леха втрескался в нее поуши, и нераз подкатывал с предложениями, прогуляться вечерком. На что получал неизменный отказ, и видя Катькино ко мне внимание, еще больше желая встретиться со мной в темном переулочке, сопровождаемый своей подхалимной шпаной. И вот, эти его мечты,вопреки моим стараниям, меньше шляться поночам, и поменьше нарываться, дабы неогорчать маму очередным фингалом, или порваннми брюками, збылись.
Но тут я увидел, что за спиной, у склонившегося на до мной жлоба, происходит нечто странное. только что радостно гомонившая шпана, видно ожидавшая класно поразвлечся, начала разлетаться во все стороны. буд-то подброшенные шаром кегли, который С глухими ударами, отправлял их в очередной, короткий полет. Мне показалось, словно какая-то черная тень, вихрем перемещается там , между застывшими внедоумении, горе бандюками, что неожиданно из самоуверенных гопников, превратились в жалких, слепых щенят, ничего непонимающих, и отлетающих на асфальт, от страшных, зубодробительных ударов. И вот, эта тень, завершив свой убойный танец, после которого неосталось ни одного стоящего на ногах, остановившись за спиной, еще ничего неуспевшего понять качка, похлопала его по плечу. - Тук-тук! Есть кто дома! Раздался насмешливый голос, моего недавнего спасителя.
Нет, я конечно видел всякое, и многие из наших дворовых ребят, могли если нужно было, дать кому следует в ухо, и получалось у некоторых это, довольно складно, однако, в сравнении с тем, что происходило сейчас, даже некоторые киношные герои, казались неуклюжими клоунами.
Понявший наконец, что вокруг происходит нечто неправильное, бугай,в белой футболке, с неожиданной прытью, развернувшись ударил коленом, стоящего у него за спиной Олега, но того уже там неоказалось. А затем страшный, сдвоенный удар, выскочившего откуда-то из тени, стремительного как молния Олега, свалил этого быка с ног. Я отчетливо услышал хруст ломаемого носа, а затем, он медленно, словно раздумывая, как такое-могло произойти , упал на спину, раскинув беспомощно руки.
Все что происходило дальше, запечатлилось в памяти, словно какое-то, склеенное из разных, коротких отрывков, сумашедшее кино.
