Два здоровых, как шкафы, мужика, в белых кимоно, вышли на середину, и у каждого в руке был, длинные шесты, которые в их лапах, казались жалкими спичками, так вот, вначале я подумал; что они будут драться друг с другом, но в круг вышел учитель, и после поклонов, в течении нескольких секунд, уложил обоих. Причем, те даже неуспели толком взмахнуть своими шестами, как они уже оказались в руках дяди Вани. Я глядел во все глаза, но так и непонял, каким образом эти два шкафа, оказались на татами. Видно и они сами непоняли этого, поскольку поднимаясь на ноги, они недоумевающе переглянулись. А старик Хо, только коротко поклонившись, вернул им палки. И тогда уже эти амбалы, стали рубиться друг с другом. Но это кроме зрелищности и общего шума и треска, что стоял в зале, когда шесты сталкивались едво не разлетаясь в щепки, на меня впечатление непроизвело. А когда я поделился увиденным с Олегом, тот лиш едва пожав плечами, сказал: - Ал, это семечки! Ты невидел его в настоящем деле! А затем, загадочно улыбнувшись, добавил: - Вот будеш по старше, съездим на соревнования в Москву! Там и увидеш!
Нужно ли говорить, что после всего этого, я очень сильно изменился. Благодаря советам усатого Айболита, я здорово набрал в весе. И спустя уже пол года, из суптильного подростка, превратился в довольно крепкого на вид, стройного парня, с прямым взглядом, и легкой, вечной полуулыбкой на губах.
А тем временем, пришла пора возвращаться к учебе в школе. Первые занятия в зале, пролетели быстро. И вот, как-то неожиданно, каникулы закончились, и холодным, дождливым днем, первого сентября, я пошел в свой, шестой клас. И конечно, войдя, в чисто убранный, и свежий, наш кабинет истории, первую кого увидел, среди повзрослевших и плохо-узнаваемых однокласников, это, еще больше похорошевшую, и сильно загоревшую Юльку. Которая, так же искренне, как мне показалось, обрадовалась мне.
В том году, мы с Юлькой, частенько, возвращались домой вместе, так как они переехали в новый, совсем недавно законченный, многоквартирный куб, в соседнем квартале. И хотя мне приходилось делать солидный крюк, я все же, провожал ее к самому подъезду.
Но увы, дальше, избитой в Ералаше, темы, с переноской портфеля, и глупых разговоров ни о чем, дело непродвинулось. И пускай, за спиной у нас частенько посмеивались, тыкая пальцем, мол, вот парочка пошла, я все же, был настолько, нерешителен, что даже в кино, стеснялся ее пригласить, не говоря уж о чем-то большем. все-таки любил я Юльку, как-то по особенному, что ли. Как бы, больше любуясь ею, чем желая стать ей кем-то вроде друга, или еще чего,мужа. Поэтому современем,я стал замечать некое-охлаждение с ее стороны, но будучи, еще совершенно далеким от дел амурных, и незнающий, ничего, абсолютно, о предпочтениях слабого пола, пребывал в недоумении.
А тем временем, я стал замечать, что куда бы я нешел, или кде бы во дворе несадился, всегда со мною рядом, была, моя новая соседка. Катька, была такой простой, и в отличии от моей Юльки, открытой девчонкой, что я нераз задумывался, а что такого я нашел в Юльке, кроме конечно того, что она первая красавица в школе, да и наверное в городе. тогда впервые в жизьни, я, еще плохо соображающий подросток, почувствовал; сколь непросто девчонке открыться, и сколь неоднозначной, может быть реакция на это, у избранника.
Я понял; что если Катька затеет, недай бог, разговор, на тему взаимоотношений, я врядли смогу соврать ей, и прямо скажу, что люблю другую.
Однако, шли дни и недели, а моя соседка, только задаривала меня всякой всячиной, что привозил ей отец из загранплаваний. Печенье, шоколадки, жевательная резинка, наклейки и еще многое разное. Но вот однажды, настал день, когда я понял; что нужно давать задний ход, или я просто уже невыгребу без последствий. Так однажды, она выйдя как всегда на балкон, где мы частенько, болтали, до позднего вечера, протянула мне через перила, здоровенный-такой пакет. Я конечно-было заартачился, чего это вдруг мол, и тд, но Катька, так просто сказала:
- Ты открой сперва!
И когда я открыл, этот заграничный, весь в надписях, и каких-то фотках пакет, то в удивлении обомлел. Там , совершенно такое же, как на плакате у Олега, было , ярко алое , с великолепным узором, настоящее кимоно, а так же, бойцовские мокасины, и еще какая-то мелочь, о которой я даже и немечтал.
- Ох! Вырвалось у меня. - Это мне? И глядя в довольные, серые глаза, я стал искренне благодарить, мою новую подругу. На что катька, нечуть несмутившись, сказала:
- Ал! моих никого нет дома! если хочеш, можеш померить его у меня!
И как-то непренужденно-так, помогла мне перелезть на свой балкон.
