— Да, это моя вина. Я не смог уследить, куда увезли господина Юнаса и сейчас никто из нас не знает, где он находится... — признал дворецкий, сжимая за спиной кулаки. — Все горожане в городе не говорят о его местонахождении, потому мы никак не можем узнать об этом, — спокойным голосом вторил Хэльвард, медленно подходя к своему господину. — И вы сейчас ничего не можете сделать, господин, — услышав данные слова, Альвисс сжал челюсть, рыча как настоящий зверь, — Но это сейчас, — продолжил мужчина, наклонившись над парнем. — Для начала вам нужно успокоиться и подумать, что делать с городом. Вы здесь как в тюрьме и поэтому не можете ничего предпринять за территорией особняка, — юноша расширил зрачки, слушая наставление дворецкого, как нечто очень важное. — Как только вы сможете избавиться от этой проблемы, то в ваших силах будет найти господина Юнаса, если тот не придёт к вам раньше, — Альвисс, ненавидящий что-то ждать и привыкший получать всё и сразу, сжал свой нож, и видя это, Хэльвард добавил: — Или же вы сейчас можете выйти из особняка и направиться к своей смерти. Но тогда вы точно никогда не сможете больше увидеться с господином Юнасом.
Услышав последнее предложение, парень вздрогнул, а из его руки выпал окровавленный нож, упав прямо на белый кафель. Альвисс простоял в молчании пару минут, после чего тяжело вздохнул и кивнул, согласившись со словами дворецкого, перестав бушевать. Зевнув, парень как ни в чем не бывало ушёл из комнаты, зарядившись новой целью в жизни.
— Госпожа, надо перевязать, — обернулся к женщине мужчина, видя, что та смотрит в пол, совершенно не обращая на рану в руке.
— Ох, мой бедный мальчик… Он так страдает, — Элисабет, такая же психически нездоровая, как и сынок, не видела ничего плохого в том, что творит Альвисс. — Надо было запереть того парня в доме. Какая я глупая, что отпустила его! — начала бить себя умалишённая дама, из-за чего дворецкому пришлось крепко обнять ей.
— Вы ни в чем не виновата, госпожа, — любя всем сердцем и душой прекрасную снаружи, но ужасную внутри, женщину, Хэльвард воткнул в её плечо успокоительно, наконец заставив перестать биться в истерики.
Попросив слуг отвезти госпожу в её покои, дворецкий также дал приказ прибраться в зале, вымыв его от крови. Подойдя к окну, Хэльвард тяжело вздохнул, осознавая, что смерть почти десятков слуг – это его вина, ведь это он…
— Хэльвард? — разбудил парень мужчину от воспоминаний.
— Вовсе нет. У господина Альвисса всё хорошо и даже лучше, чем прежде. Просто он не очень любит посторонних в доме, — выдал Хэльвард, отвернувшись от окна.
