Настал день, когда Ребека сказала нам, что Игнасио ведет себя очень странно и она подозревает, что он влюблен. Он возвращается домой не раньше трех ночи, танцуя; поднимается по лестнице, держась за кованые перила, валится на постель прямо в одежде, а просыпается на рассвете от запаха белой гардении, подаренной ему некоей девушкой по имени Эсмеральда. Ребека выяснила все это, потому что подглядывала за Игнасио в замочную скважину и слышала, как он произносит имя «Эсмеральда», прежде чем заснуть.
Игнасио всегда был чрезвычайно требовательным в еде, но вту пору он от еды просто отмахивался. Когда утром Петра спрашивала его, как ему приготовить яйца – вкрутую или в мешочек, какое молоко подать – козье или коровье, какой хлеб принести – пшеничный или из маниоки – Игнасио говорил, что ему абсолютно все равно, он-де вообще не собирался завтракать. Он не хотел, чтобы булочки с заварным кремом стерли с его губ вкус губ Эсмеральды Маркес, которая накануне вечером наградила его поцелуем в ресторане «Двор фавна». Когда днем Эулодия спрашивала, какое мясо ему подать – бифштекс с луком или кулебяку, какой рис принести – с красной фасолью или с белой, он говорил, что ему безразлично, потому что он вообще не собирается обедать. Единственное, о чем он думал, – это о запахе риса с корицей из подмышек Эсмеральды Маркес, когда он танцевал с ней кошу вчера вечером в клубе «Джеке плейс».
Ребека была на грани истерики. Игнасио целую неделю не спал и не ел, и тогда она позвонила Кинтину и попросила поговорить с братом, – пусть спросит у него, кто такая эта самая Эсмеральда Маркес.
В тот же вечер Кинтин пришел в дом на берегу лагуны и просидел всю ночь в ожидании брата у него в комнате. Когда в четыре часа утра Игнасио наконец явился, Кинтин сказал:
– Если так пойдет и дальше, ты заболеешь и после каникул не сможешь вернуться в университет. У тебя нет желания рассказать мне, что с тобой происходит?
Игнасио очень любил Кинтина и доверял ему. Но, услышав его слова, вспотел от напряжения.
– Я безумно влюблен в Эсмеральду Маркес, и мне нужна твоя помощь, – сказал Игнасио. – Я хочу представить ее маме с папой, но не знаю, как это сделать. Конечно, первое впечатление всегда очень важно, а Эсмеральда так хороша, что я уверен: когда Буэнавентура и Ребека познакомятся с ней поближе, им уже не будет так важно, кто ее мать.
– А кто ее мать? – осторожно спросил Кинтин.
– Донья Эрмелинда Киньонес, портниха, она шьет дорогую одежду и высоко котируется в Понсе. Но у нее сомнительное положение, потому что вот уже двадцать лет она официальная любовница дона Боливара Маркеса, адвоката, который ведет дела по соблюдению прав рабочих. Дон Боливар так и не женился на ней, несмотря на то что донья Кармела умерла вот уже пять лет назад. Мне кажется, эта постыдная ситуация может бросить тень на репутацию бедной Эсмеральды, – ответил Игнасио.
В ту пору Кинтин был вполне терпимым человеком; для него не было ничего необычного в том, что люди живут вместе, не оформляя официально брак. Прошло много лет, прежде чем он стал непримиримым в подобных вопросах и во всем стал видеть грех. Так или иначе, но он посоветовал Игнасио быть все-таки осмотрительным.
– Не торопи события, – сказал он ему. – Неразумно нарываться на скандал, ты же знаешь, как Ребека чтит узаконенный порядок. Поскольку папа с мамой почти никогда не бывают в Понсе и почти никого там не знают, думаю, они не в курсе дела относительно положения доньи Эрмелинды, а это уже преимущество. Не терзайся заранее. Ложись спать, а завтра я подумаю, как тебе помочь. Однако сам Кинтин был обеспокоен, хотя и не показал этого Игнасио. Вечером, когда он вернулся домой, он сказал мне, что Игнасио, ухаживая за Эсмеральдой Маркес, идет на необоснованный риск.
– В Аламаресе полным-полно красивых девушек, которых мы знаем с детства и которые подходят ему гораздо больше, – сказал он мне за ужином. – В наше время надо смотреть, в кого влюбляешься. Эсмеральда скромного происхождения, а то, что в нас заложено с колыбели, порой важнее расовых и культурных различий.
Поначалу я соглашалась с Кинтином, потому что мне не хотелось с ним спорить. Но потом я попыталась убедить его взглянуть на это дело под другим углом. Эсмеральда была моей подругой, я хорошо ее знала, сказала я мужу. Она не только очень хороша собой, но еще и умна. Она учится в нью-йоркском Институте моделирования одежды и получает повышенную стипендию, в Пуэрто-Рико она приезжает только на каникулы. Она унаследовала точный дизайнерский глаз доньи Эрмелинды и наверняка сделает прекрасную карьеру как модельер.
