Колхоз не забывал сирот Ручьёвых. «В нашем Высокове ни одна душа не потеряется», - говорили люди и помогали братьям чем могли. Правление снабжало их продуктами, обувью, одеждой.
Костя до глубины души был благодарен людям за их заботу, постоянно рвался по-серьёзному помочь колхозникам, но взрослые сдерживали его пыл и зорко следили, чтобы мальчик не отбился от школы.
Втайне Костя дал себе клятву, что рано или поздно он сторицей отблагодарит родной колхоз.
Но вот война кончилась.
Вернулись с фронта Фёдор Семёнович и Сергей Ручьёв. В первые же дни старший брат привел Костю и Кольку в родной дом.
- Нас, Ручьёвых, теперь мало на свете осталось, - сказал он учителю. - Нельзя так. Кучно жить надо.
- Это правильно! - согласился Фёдор Семёнович. - Только ведь ребятам такой человек нужен… чтобы и за мать и за отца… Сможешь ли, Серёжа?
- Попробую, Фёдор Семёнович, - со вздохом ответил Сергей.
Колхозники помогли ему починить избу, и с тех пор крыльцо у дома Ручьёвых уже больше не зарастало сорной травой…
- Ну-ну, Константин, чего ты? - спохватился Сергей, заметив смятение в лице брата. - Я ведь это так… вспомнилось. Иди-ка сюда… Ты в математике силен? Костя подошёл к столу, заглянул к Сергею в тетрадь.
- Мы этого ещё не проходили, - признался он.
- Жалко!.. Засел я тут с контрольной. Крепкий орешек попался.
- Что, студент, достаётся тебе?
- Есть немного… С последним зачётом задержался. Время меня подпирает. - Сергей потёр ладонью коротко остриженную голову. - Ну да ничего… Ночку-другую не посплю - наверстаю. Тут, братец, другое… Вы же с Колькой у меня и завхозы, и шеф-повары, и бытовой сектор. С ног сбились. Меня даже люди попрекать стали: мол, не жалею я вас. Я сегодня с бабкой Алёной договорился. Она теперь у нас домовничать будет.
Костя насупил брови. Этого ещё недоставало! Неужели они с Колькой такие бездельники и белоручки? Хотя, если сказать по правде, живётся братьям Ручьёвым неплохо. Сергей целый день проводит в правлении или в поле, а все заботы по дому ложатся на плечи Кости и Кольки. Вернее же, одного Кости, потому что с младшего братишки какой же спрос… И Костя за последнее время многое постиг: научился готовить отменные щи, жарить картошку, топить печь, молниеносно заметать пол и мыть посуду.
Слава о кулинарных способностях Кости Ручьёва разнеслась по всему колхозу.
Ребята, посмеиваясь, то и дело набивались к Косте на обед и прочили его на дни уборки поваром в полевой стан.
Костя даже пытался стирать бельё, но делал это так неумело, что соседка, сжалившись над рубахами и руками мальчика, взяла стирку белья на себя.
И ещё одно терзало Костю: он не успевал пришивать пуговицы и ставить заплаты на Колькины штаны и рубашки, которые у того рвались с удивительной быстротой. Тогда Колька, не дожидаясь брата, действовал самостоятельно и ставил на очередную дыру такую яркую латку, что все на него обращали внимание…
Всё же Костя считал, что хозяйство у них в доме налажено не так уж плохо. И теперь вдруг пустить в дом какую-то бабку Алёну!..
- Дело твоё, - с обидой сказал Костя. - Не по вкусу мои щи - зови хоть двух бабок… только мы с Колькой всё равно их признавать не будем.
Сергей нахмурился:
- Ну-ну, придержи свой характер! Вам же с Колькой легче будет. - И, взглянув на брата, с усмешкой добавил: - А нрав у тебя вылитый батькин! Копия!
За окнами послышалась песня про зелёный лужок, про коня на воле.
Сергей и Костя выглянули в окно. По улице, мимо палисадника, шли девчата второй бригады с граблями и вилами на плечах. Они любили чуть свет выходить с задорной песней в поле и с песней приходить обратно.
Вместе с девчатами шагала Марина Балашова - «бригадир-два», как звали её в колхозе.
Сергей убрал тетради в шкаф, быстро надел пиджак, застегнулся на все пуговицы.
- Крикнуть бригадира? - понимающе спросил Костя.
- Да-да, позови. Сообщить кое-что надо.
Сергей окинул взглядом избу: кажется, на «катере» всё в порядке.
Костя выбежал на крыльцо. Но Марину звать ему не пришлось: она без его приглашения отделилась от девчат и направилась к дому Ручьёвых.
Марина была темноволосая и почти коричневая от солнца. Выцветшая голубая майка плотно обтягивала её плечи, рукава были закатаны выше локтя.
Рядом с Мариной, прилаживаясь к её размашистому шагу, шёл Пашка Кивачёв и что-то оживлённо говорил.
«О чём это он?» - ревниво подумал Костя и побежал им навстречу.
Домой с работы Марина никогда не возвращалась с пустыми руками: то принесёт пучок спелой земляники, то пригоршню звёздчатых гроздьев лесных орехов, то букетик серебристого ковыля или просто ветки молодой берёзы с клейкими, пахучими листочками.
Сейчас Марина держала в руках огромный букет влажных, душистых водяных лилий и жёлтых кувшинок с длинными шнурами потемневших стеблей.
- Сергей дома? - спросила Марина у Кости.
Тот кивнул головой, и они втроём вошли в избу.
- Здравствуй, председатель! - сказала от порога Марина. - Мы ведь с тобой сегодня не виделись?
- Здравствуй, бригадир-два! - в тон ей ответил Сергей. - По-моему, не виделись.
