— А мне нравился старый стиль жизни, — упрямствовала Джейд. — Мне нравилось на Карлайл-Роуд.
Олли сжал руку жены, и она ответила тем же. Затем Каро повернулась к дочери:
— Мы постараемся сделать так, чтобы ты всегда могла встретиться с друзьями. Когда тебе только захочется. И потом, здесь ты заведешь новых друзей.
— Н-да? И кого, интересно? Коров? Лам? Или альпак?
Каро засмеялась и взъерошила ей волосы. Джейд недовольно отдернула голову — она терпеть не могла, когда кто-то прикасался к ее волосам. Каро очень хотелось почувствовать себя счастливой, разделить радость и энтузиазм Олли. И она не собиралась сдаваться. Нужно просто сделать над собой усилие. Она выросла в городе и на самом деле всегда мечтала жить в деревне. Просто в этот дождливый сентябрьский день, когда все напоминало о том, что скоро наступит зима, ремонт дома казался делом практически неподъемным. И еще Каро никогда не жила без соседей под боком. Без шума. Без близкого присутствия других человеческих жизней.
— Ты же любишь животных, Джейд, — сказала она. — Ты хотела собаку — ну так мы можем ее завести.
— Собаку? — повторила Джейд, и ее лицо вдруг осветилось. — Мы правда можем завести собаку? Щенка?
— Да!
— Когда?
— Как только устроимся, посетим местные приюты и кого-нибудь выберем.
Джейд загорелась мгновенно.
— А какую собаку?
— Ну, посмотрим, кто у них будет, — ответил Олли. — Я думаю, собака-спасатель — это здорово. А ты?
— Давайте возьмем какую-нибудь пушистую, — предложила Джейд. — Большую и пушистую.
— Ну конечно. Какую хочешь. Большую и пушистую.
— Может, лабрадудля?
— Посмотрим, моя хорошая. — Каро снова засмеялась.
Олли улыбался во весь рот. Все будет хорошо. Обязательно. Их ждет сказочная жизнь в доме их мечты. Хотя дом мечты еще, собственно, только в проекте, но это совершенно не важно.
Каро открыла дверь машины, но яростный ветер рванул ее с такой силой, что дверца ударилась о крыло. Зазвенело разбитое стекло — боковое зеркало.
— Семь лет неудач! — объявила Джейд.
— К счастью, я человек не суеверный, — сказал Олли.
— Зато мама у нас суеверная, — весело заметила Джейд. — Все. Мы приговорены.
— Вот черт! — Олли, сгибаясь под порывами ветра и уже успевший промокнуть, осмотрел поврежденную дверь автомобиля. — Иди на крыльцо, дорогая, — сказала он Каро. — И ты тоже, Джейд. Я открою парадную дверь и захвачу вещи из машины.
— Сейчас, секунду, пап, — ответила Джейд, не отрываясь от телефона.
— Я тебе помогу, — предложила Каро.
Олли обнял ее за талию.
— Начало нового прекрасного приключения, — произнес он и поцеловал жену в губы.
— Да, — кивнула Каро.
Она взглянула на широкий фасад и на балюстраду над крыльцом, которая придавала дому величественный вид. До этого они жили в Хоуве; прежнее жилище тоже было немаленьким — просторный викторианский дом недалеко от моря, шесть окон на фронтоне и пять спален. Здесь было восемь спален — даже десять, если считать две маленькие комнатки на чердаке. Этот дом был огромен. Роскошен. Однако ему требовалось нечто большее, чем просто забота и любовь. Каро отвернулась от ветра и посмотрела на Олли; он пытался захлопнуть дверь. «Скорее всего, мы сейчас думаем о совершенно разных вещах», — мелькнуло у нее в голове.
Она знала, что Олли невероятно счастлив, что сегодняшний день наконец-то наступил, и они переехали. Каро вдохновлял его пыл, но сейчас, когда они действительно сожгли все мосты, приехали и стояли на пороге своего нового-старого дома, ей вдруг стало не по себе. В голову лезли сотни самых разных мыслей и беспокойств.
Этот дворец просто смешон. В этом они с Олли были согласны. Он до смешного громадный. Слишком дорогой. Он находится слишком далеко от друзей, от семьи, от магазинов. От всего. Ему необходим масштабный ремонт — переделать нужно все, от электропроводки до канализации. Многие из окон сгнили, а шнуры, поднимающие рамы, порвались. На чердаке не было изоляции, а в подвале застаивалась влага, и с этим срочно нужно было что-то делать.
— Он, конечно, красивый, но вы чокнутые, — сказала мать Каро, когда посмотрела дом.
Отец промолчал. Он просто вылез из машины, сложил руки на груди и покачал головой.
Зачем?
Зачем?
Ну зачем, боже мой, она только согласилась?
Никто из них раньше не жил в сельской местности. Они были горожанами до мозга костей.
— Тебе нужно научиться смотреть в будущее, — то и дело повторял Олли. — Видеть, каким все станет.
Его родители, против которых он восставал с самого детства, теперь сидели в четырех стенах дома для престарелых, куда они как-то необычайно рано устроились. Вот они точно не умели смотреть в будущее. Казалось, что все их существование являлось всего лишь монотонным и нелегким путешествием к смерти, к вечному небытию. И все старческие болячки, которые все чаще и чаще сыпались на их головы, они принимали не то что покорно, а даже как будто и с готовностью, словно это было частью большого жизненного плана.
— Конечно, это развалина, но, боже мой, каким же красавцем он станет со временем, — радовался Олли.
— Там могут быть привидения, — сказала Каро.
