— Я могу устоять перед чем угодно, кроме искушения, — подсказал Олли.
— Да. Очень верно сказано. — Он надорвал самый краешек обертки и откусил маленький кусочек. — Они всегда напоминают мне о детстве, — сказал он, прожевав печенье.
— И мне тоже.
Олли чувствовал себя немного странно — как будто находился не совсем в собственном теле, а как бы парил над ним.
Он неожиданно вспомнил Брюса Каплана и их вчерашний разговор после теннисного матча.
«Может быть, привидения — вовсе и не привидения, и это явление как-то связано с нашим пониманием времени… Что, если все когда-либо произошедшее существует и сейчас — и прошлое, и настоящее, и будущее происходит одновременно, и мы застряли в ловушке, в одной крохотной точке пространственно-временного континуума? И иногда мы, как сквозь приподнятый уголок занавески, можем увидеть кусочки прошлого, а иногда и будущего?»
Но сейчас они в настоящем, не так ли? Викарий откусил еще кусочек шоколадного печенья. Потом еще. Олли бросил взгляд в холл. Тень снова была там. Как будто бы кто-то стоял за дверью.
— Что там такое, Оливер? Кто-то пришел и хочет к нам присоединиться?
— Там никого нет.
Они оба встали и вышли в коридор, Фортинбрасс впереди, Олли за ним. Холл был пуст.
Они вернулись в гостиную.
— Именно поэтому я вам и позвонил, — сказал Олли и быстро глянул в окно, в надежде, что Каро не вернется, пока они не договорят. Он знал, что ее не будет еще долго — даже покупка продуктов занимала у нее минимум пару часов, — но все равно беспокоился.
— Пожалуйста, расскажите все как есть. Все, что вас тревожит.
— Хорошо, спасибо. Когда я ездил к Бобу Манторпу, в четверг, он сказал мне, что об этом доме ходят нехорошие слухи. И еще он сказал, что в каждом графстве в Англии, в местной епархии обязательно есть экзорцист — или… я не помню, как вы правильно их называете. Словом, кто-то, к кому священник обращается в случае, если в его приходе происходит нечто странное, чего он не может объяснить. Это так?
Фортинбрасс задумчиво кивнул:
— Ну, в широком смысле да. Вы хотите, чтобы я организовал вам встречу с таким человеком? Чтобы он приехал сюда?
Олли увидел, что Фортинбрасс мельком посмотрел на дверь. Тень оставалась на прежнем месте.
— Скажите, Олли. Вы кажетесь мне очень рациональным человеком. Вы уверены, что хотите связываться со всем этим? Может быть, вы все же предпочли бы закрыть глаза на то, что вас беспокоит? Просто игнорировать это и подождать, пока оно исчезнет само по себе?
— Вы ведь видели тень там, за дверью, преподоб… Роланд? — Олли показал на коридор. Теперь тени не было.
Фортинбрасс дружелюбно улыбнулся:
— Возможно, это просто игра света. Или ветка, которую шевелил ветер.
— Сегодня нет ветра.
Фортинбрасс задумчиво обхватил кружку ладонями.
— Я атеист, Роланд. В мою голову вколотили достаточно религии в школе. Всю эту ботву из Ветхого Завета о мстительном, жестоком, эгоистичном Боге, который пошлет тебе гибель, если ты не поклянешься в вечной любви к нему. И что все это значило?
Некоторое время викарий внимательно изучал его лицо.
— То, каким Господь предстает перед нами в Ветхом Завете, действительно может послужить испытанием для наших несовершенных умов. Этого я отрицать не могу. Но я думаю, что мы должны взглянуть и на Новый Завет, чтобы найти настоящее равновесие.
Олли исподлобья посмотрел на викария.
— В данную секунду я готов принять все, поверить во что угодно. Мы живем в кошмаре, без всяких преувеличений. Я чувствую себя так, будто нас осадили какие-то злые силы. — Он настороженно взглянул на потолок, потом на стены, потом в коридор и вздрогнул.
Фортинбрасс поставил кружку на стол и положил рядом обертку от печенья.
— Я здесь, чтобы помочь вам, а не чтобы осуждать. Не хотите рассказать мне подробно, что у вас происходит?
И Олли перечислил ему все, о чем смог вспомнить. Как его теща впервые увидела привидение. Как потом с ним — с ней — столкнулся тесть. Как ее видела Каро. И подруга Джейд. Про светящиеся сферы, которые видел он сам. Перевернувшуюся за ночь кровать. Случай с кранами. Фотографию Гарри Уолтерса. Смерть Паркина и последовавшую почти сразу за ней смерть Манторпа. Сообщения на экране компьютера. Имейлы, посланные его клиентам. Единственное, о чем он не упомянул, — это странное дежавю с участием самого викария этим утром.
Закончив, Олли откинулся на спинку дивана и вопросительно взглянул на викария.
— Все это звучит безумно, я знаю. Но поверьте мне, я говорю правду. Все это — правда. Я сумасшедший? Или мы все сумасшедшие?
Вид у Фортинбрасса был очень встревоженный.
— Я вам верю, — сказал он.
— Слава богу, — с облегчением выговорил Олли.
— Я попрошу помощи. Я не знаю формальностей, но я спрошу.
— Должна же церковь уметь с этим справляться, — стоял на своем Олли. — Так мы больше жить не в силах. И уехать мы тоже не можем — если бы только могли, нас бы уже давно тут не было. Но вы же постараетесь нам помочь, да? Ну хоть как-то? Я очень надеюсь.
Через час, когда Олли стоял на крыльце и провожал взглядом машину викария, подъехала Каро. Он открыл ей дверь и помог выбраться наружу.
