Дом на улице Мечты полностью

– Это тот Тоби, который поэт?

– Да. Он каждое утро печет хлеб.

– В самом деле? Как мило! А какой он, этот Тоби? Задумчиво-красивый и загадочный? – приступила к расспросам Дейзи.

Кон рассмеялся:

– Э-э, нет. На самом деле, нет. Он… он очень большой. Высокий. Большие руки. Большие ноги. Большой нос. И слегка неряшливый. У него огромная копна волос и пышные бакенбарды. Очень застенчивый, но очень умный. Тоби хороший, он мне нравится.

– А стихи-то его где-нибудь публиковались? – осторожно спросила Дейзи.

Кон снова рассмеялся:

– Если и публиковались, то я об этом ничего не знаю. Во всяком случае, я не думаю, что публиковались, да и к тому же денег у него точно никогда не было.

– Что за стихи он пишет? Ты когда-нибудь читал их? – спросила Дейзи.

– Да, – кивнул Кон. – Да, правда. Буквально прошлым вечером.

– И что это было за стихотворение? Тебе понравилось?

– Да, понравилось. Заставило меня… – сказал Кон и запнулся. Он посмотрел на Дейзи и шумно выдохнул. – Заставило меня заплакать.

Дейзи ахнула:

– Вот это да!

– Он посвятил это стихотворение своей матери. Сочинил его в день ее похорон. В нем рассказывается о… – начал было Кон, но остановился. Он не мог сказать ей, о чем на самом деле говорилось в стихотворении Тоби. – О том, как сильно он ее любит и какой потрясающей мамой она была для него. Я вспомнил о своей бабуле, – наконец сказал Кон, пожал плечами и улыбнулся.

Дейзи аккуратно дотронулась до его плеча:

– Ты ее очень любил, так ведь?

Кон снова пожал плечами:

– Она же меня вырастила. Обычно таких людей очень любишь, правильно? Того, кто тебя вырастил?

– В отличие от мамы, ты имеешь в виду? – уточнила Дейзи.

– Да, – подытожил Кон.

Мимо них пробежали двое, мужчина и женщина, в одинаковых спортивных костюмах из лайкры. Кон прикончил свой сэндвич и опустил истерзанную бумажную салфетку в полиэтиленовый пакет. Он посмотрел на руки Дейзи: длинные пальцы, на одном из которых – кольцо в форме ромашки, синие вены, пятна от масла на подушечках. Кон вдруг взял ее за руку. Ладонь Дейзи оказалась на удивление теплой. Она сжала его руку и улыбнулась.

– Мне очень приятно, – сказала Дейзи, нарушив наступившую тишину, – что ты из-за меня придумал себе эту эпопею с бутербродами.

– Да ладно, – сказал Кон, глядя на ее пальцы.

Он улыбнулся:

– На самом деле, я бы даже сказал, что мне очень понравилось.

– Ты имеешь в виду, тебе понравилось, что не надо зависеть от чайника или микроволновки? – кокетливо спросила Дейзи.

– Ну, готовкой я бы, конечно, это не назвал, но было весело. Мне понравилось, – ответил Кон.

– Ну тогда, – сказала Дейзи, – Коннор Макналти, я предлагаю тебе новое испытание.

– Неужели?

– Да. Как насчет того, чтобы пригласить меня на ужин к себе домой? – спросила она.

– Ужин?! – ошарашенно произнес Кон.

– Да. Ужин. Закуска, основное блюдо и пудинг. И, конечно, вино, – расшифровала Дейзи. Кон не верил собственным ушам:

– Ты что, серьезно?

– Совершенно, – твердо заявила Дейзи.

– Но в моем доме… Столько людей, – попытался было пойти на попятный Кон.

– Ничего страшного. Я люблю, когда рядом много людей, – стояла на своем Дейзи.

– Да, но они немного… странные, – сказал Кон.

– Странные люди мне нравятся даже больше, – улыбнулась она.

– И потом, одно дело – сварганить бутерброд, а тут-то речь о целом ужине. А вдруг ты отравишься? – ужаснулся Кон.

Дейзи покачала головой:

– Не отравлюсь. Я в тебя верю.

– Неужели? – с сомнением в голосе произнес Кон.

– Да. Определенно. Ты из тех, кому, как мне кажется, удается все, – уверенно ответила Дейзи.

Кон покачал головой и рассмеялся:

– С чего ты взяла?

– Я не знаю, – сказала она. – Просто мне так кажется. Ты производишь такое впечатление. Впечатление крутого. И очень способного.

– Если так, то почему из всех экзаменов мне удалось сдать только два? И как быть с тем, что я работаю всего лишь помощником в почтовом отделе? – со смешком произнес Кон.

– Но тебе всего девятнадцать. Ты был какое-то время бездомным. И твоя бабушка умерла. Подожди немного. Однажды ты будешь сидеть в частном самолете, летящем где-то над Карибами. Но нет, ты будешь не просто пилотом. Этот самолет будет тебе принадлежать. А рядом с тобой будет пить шампанское прекрасная женщина. Вы будете пролетать над вашим домом, или нет, даже над целым вашим островом, и ты подумаешь: когда-то я жил в Финчли, в доме, полном странных людей, и проводил дни, развозя письма от одних сучек другим, и ты будешь улыбаться, а красивая женщина улыбнется в ответ, и тогда ты вспомнишь, как я тебе все это говорила. Точно вспомнишь, – сказала Дейзи. Она схватила его за руку и обеими руками крепко сжала его ладонь. – Дай себе шанс. Ты особенный, Кон, правда, особенный. И твоя жизнь сейчас – это только начало.

Кон сглотнул. Ему всего лишь девятнадцать.

Дейзи было только восемнадцать, но две трети своей жизни она уже прожила; половину, если ей повезет.

– Ведь этой девушкой будешь ты? Девушкой в самолете. Это же будешь ты? – спросил он.

Дейзи улыбнулась. Но не ответила.

Было пять минут восьмого, когда зазвонил телефон в квартире Лии. Это был Амитабх.