– Баба Шура, ты в гости, что ли, собираешься? – спросила маленькая Аня, с любопытством разглядывая странный наряд с кружевным воротником.
– В гости, милочка моя, к Богу, если он есть…
Это был последний разговор с бабушкой. Вечером Анна обнаружила её на спортивном турнике в дверном проёме детской.
Бездыханное тело, опрокинутая рядом табуретка – эта картина на всю жизнь отпечаталась в памяти. Тогда Анна поняла, что уйти к Богу можно в любой момент, но она не хотела, чтобы кто-то запомнил её висящей в петле, пускай и в самом красивом платье.
Анна мечтала просто исчезнуть, и море, с его манящей глубиной, подходило для этой цели лучше всего.
Впервые она решилась покончить с собой в десятую годовщину гибели сына. Тот день она провела с бутылкой вина, сидя на лестнице, ведущей от дома к пляжу. Вспоминала, как учила малыша считать, спускаясь и поднимаясь по этим ступенькам.
– Раз, два, три… Анечка, умри! – она нервно усмехнулась только что придуманной считалочке, стремительно сбежала по лестнице, швырнула на песок пустую бутылку, скинула платье и, обнажённой, бросилась в море.
Анна плыла изо всех сил, пока не достигла дна, там, в глубине, душа наконец найдёт покой… Она ждала этого момента, готовилась долгие годы. Но солёная вода вытолкнула её на поверхность, и легкие снова наполнились воздухом.
Утопиться оказалось сложнее, чем она думала, руки по инерции продолжали грести, хотя силы убывали с каждой минутой.
Внезапно Анна ощутила непреодолимое желание в последний раз оглянуться на дом. Дом, в котором она когда-то была так счастлива со своей семьёй! Широко открытые окна-глаза смотрели ей вслед, а высоченные пальмы махали зелёными ветвями-ладонями.
Кому же он теперь достанется?.. Она перевернулась на спину и медленно поплыла к берегу. Нельзя бросить дом на произвол судьбы, он ей слишком дорог. Здесь прожил жизнь её сын, ангел с глазами цвета неба. Не стоило увозить его отсюда, тогда не случилось бы беды.
Нужно найти того, кто полюбит этот дом.
Следующим вечером Макс пришёл один. Анна обрадовалась, она давно не проводила время в обществе мужчины, к тому же он до боли в сердце напоминал ей молодого Романа, такой же уверенный в себе, с большими красивыми руками.
– Ничего, что я без Невы? – не дожидаясь ответа, он прошёл на уже знакомую кухню, взял из плетёной корзины яблоко и встал у окна, из которого открывался потрясающий вид на бескрайний морской простор. – Вот это картина! Как у этого… – Макс заворожённо смотрел вдаль. Заходящее солнце окрасило небо в розово-оранжевый цвет, оно отражалось в спокойной воде десятками невообразимых оттенков. – Кто у нас там море рисовал?
– Айвазовский. Это немытое яблоко, возьмите чистое в вазе, – ребячество и бесцеремонное поведение Макса раздражало Анну, но вместе с тем его присутствие доставляло странное удовольствие.
Он отвернулся от окна, бросил огрызок в раковину и уселся на стол.
– Ночью Неве стало плохо, её забрали в клинику. Может, и на всю неделю, – в голосе Макса не было ни капли волнения.
– Сожалею, – бросила Анна, хотя ничуть не сожалела.
– А что с ней? Такая молодая… – отрешенно глядя куда-то в сторону, стараясь не выдавать своего любопытства, спросила она.
– У неё заболел живот, после того как мы… – Макс сделал вид, что задумался, как ему выразиться, а затем без стеснения дополнил: – После того как мы занимались сексом. Но ведь беременность не повод отказывать любимому мужчине в удовольствии, как вы считаете?
От такой откровенности у Анны загорелись щеки.
– Я была беременной очень давно, уже и не вспомню, повод это или нет.
– У вас есть дети?
– Сын. Что ж, давайте осмотрим дом, – она тут же сменила тему.
– А давайте на ты? – Макс спрыгнул со стола и подошёл к Анне так близко, что она почувствовала аромат его духов вперемешку с запахом мужского тела. От этого сочетания её кожа покрылась мурашками.
– Давай, – такая наглость и напор волновали и возмущали одновременно, как же легко и бесцеремонно он перешёл границу!
– Пойдём на второй этаж, – она грациозно взбежала по лестнице. Присутствие молодого мужчины в доме словно вернуло её лет на двадцать назад.
Бывший кабинет Романа находился сразу у лестницы, с него и начали осмотр. На стене висел портрет, который Анна заказывала в подарок мужу на его сорокалетие. Она остановилась и, не дожидаясь, когда Макс спросит, объяснила:
– Бывший муж. Забыл забрать. А мне жалко выбросить, очень удачный портрет, на мой взгляд… – Анна старалась говорить как можно безразличнее. Все четырнадцать лет, которые они не виделись, портрет так и висел в кабинете. Анна редко туда заходила, ей было тяжело встречаться даже с нарисованным Романом.
– Недавно развелись? – Макс без стеснения снова приблизился вплотную к Анне.
– Давно…
– Ушёл к любовнице?
– Ушёл…– Анна ни с кем прежде не обсуждала свою жизнь, поэтому с трудом выдавливала слова. Она смотрела на портрет, прямо в искусно нарисованные глаза, пытаясь найти в них ответ на вопрос, который мучал её долгие годы – одна ли она виновата в том, что не смогла вылезти из пропасти горя и остаться хорошей женой?
