Количественный и качественный состав олигархов может меняться только на основании солидарного решения конклава (примеры: изгнание из правящего слоя Владимира Гусинского и Бориса Березовского, адопция владельца МДМ-банка Андрея Мельниченко), либо в результате революционного передела крупной собственности в стране (в период правления Владимира Путина не представляется возможным).
Следует отметить, что, с учетом изложенного, модель функционирования олигархии в России приближается к Венецианской Республике XIII—XVIII веков.[1].
Венеция XIII—XVIII вв. – яркий исторический прецедент олигархического правления. Образование республики исследователи связывают с так называемой Serrata (закрытием доступа в Большой Совет – 1297 г.), после чего функции управления государством сосредоточились в руках примерно двухсот патрицианских фамилий. В XIV веке тенденция к изоляции элиты была продолжена: в 1315 г. была составлена так называемая "Золотая книга", включавшая фамилии 200 семейств правящей олигархии. Республика просуществовала ровно пять веков – в 1797 году город пал под ударами войск Наполеона Бонапарта. Начиная с XV в., получает распространение представление о Венеции как репрессивном государстве, жестко управляемом деградирующей и скрытной олигархией. Венеция с ее полностью замкнутой «кастой» нобилей по рождению (составляли примерно 2% населения) представлялась уже не оплотом республиканизма, а безнадежным анахронизмом.
На протяжении длительного периода венецианский патрициат отличали: колоссальные капиталы, нажитые в торговых и ростовщнических операциях; консолидация интересов правящего слоя; единая модель экономического и политического менеджмента, основанная на опыте управления совместными колониальными предприятиями. Стратегия венецианской олигархии в отношении беднейших слоев населения состояла главным образом в подкупе (карнавальная раздача социальных бонусов-"подарков"), обеспечении зрелищно-развлекательного комплекса социальной жизни (знаменитые карнавалы, которые имели и внешнеполитические функции демонстрации могущества), а также организации трудовой занятости для значительной части населения. Все исследователи говорят о кардинальной поляризации богатств – несколько сот семейств контролировало практически все национальное богатство республики.
Большой Совет, верховный орган республики, в который входили представители 200 семейств "Золотой книги", имел законодательную власть, избирал и назначал все магистраты и целевые комиссии, а также выбирал верховного правителя – дожа. Административно-распорядительным ядром системы был более узкий совет (Сенат), а также многочисленная – несколько десятков тысяч человек при среднеисторической численности населения порядка 200 тыс. человек – чиновничья канцелярия. Над республиканским правительством в Венеции формально стоял глава монархического типа – дож. Со временем статус дожа все более формализовался, он был заключен в целую сеть церемониальных ограничений. Истинным властным центром республики был так называемый Совет Десяти, образованный верхушкой олигархии. Он обладал самыми широкими полномочиями, наблюдал за всеми должностными лицами, пользуясь услугами армии шпионов и доносчиков, и тайно осуждал на смерть врагов республики.
