– Нет. По правде говоря, его никто не искал. Я даже не знаю, куда она хотела его отправить – в приют, в монастырские дармоеды или на воспитание кому-нибудь.
– Жаль. Очень Сандра по нему плакала.
– Похоже, ей есть, кем утешиться. Тот сорванец, что приносил письмо…
– А почему ты думаешь, что это именно он приносил письмо?
Капитан протянул сложенный вдвое листок:
– Посмотри приписку на обороте.
Факундо посмотрел, вернул обратно:
– Похоже, это вправду был наш Пипо.
Дон Федерико кивнул:
– Больше некому. Что за семейка сорвиголов! Я восхищен. Нет, я просто в восторге. Вы обремизили жандармское управление, вы поставили шах и мат. Можешь передать Кассандре, что я ей мысленно аплодирую, – а придумала она, голову даю на отсечение, что она. У кого еще хватило бы фантазии на такое? Каники дерзок до безумия, но он практикует обычные выходки симарронов, – правда, в хорошем исполнении. Но додуматься взять заложников… Смелый план, безошибочный расчет, виртуозная работа.
Ладно, хватит комплиментов… Я сейчас еду к губернатору – вряд ли в его доме сегодня спят. Тебя, конечно, придется отпустить, – если не прямо сейчас, то завтра. Сидеть на лошади сможешь?
– Уж как-нибудь, – ухмыльнулся Гром.
– Как-нибудь усидишь. Я не думаю, что тебе хочется оставаться тут до тех пор, пока твоя черная задница заживет. Жди! Я велю собрать твое барахло.
И исчез за тяжелой дверью.
Вернулся не скоро – усталый, расстроенный, подавленный настолько, что даже шутил.
– Никогда не думал, что так случится: хотел вздернуть, а пришлось, наоборот, заботиться. Губернатор хотел дать тебе плетей на дорогу, а я намекнул, что его дочек тоже могут вздуть, там, в горах. Губернаторша ему едва в глаза не вцепилась, и вот, в результате, мне приказано тебя сопровождать – а то, не дай бог, не доедешь до места, свалишься по дороге. Как тебе это? Смейся, негр, над дураками смеяться сам бог велел. Мне не смешно: мне устроили разнос такой, что чертям тошно. Хоть он и остолоп распоследний, губернатор Вилья-Клары, но что еще он доложит генерал-губернатору… Сейчас снимут цепи, и поедем.
Факундо вернули нож и арбалет со стрелами. Дон Федерико долго и с интересом вертел в руках оружие.
– Хотел бы я знать, откуда у вас игрушки эти. Но все равно ведь не скажешь?
– Почему нет? Собственноручная работа Каники.
Капитан гладил полированное дерево ложа.
– Каналья, какой мастер! Право, жаль. Он что, и с железом умеет обращаться?
– Нет, это делал один беглый лукуми, кузнец.
– У вас что, и кузница есть?
– Так, на африканский манер: камень вместо наковальни и каменные молотки. Он перековал на наконечники свои цепи.
– Пожалуй, даже символично, – ядовито заметил капитан. – А что, до идеи он сам додумался?
– Да не совсем. Он как-то раз притащил нам в лагерь книгу, где эта штука была нарисована и все написано, как делать.
Тут капитан выругался так, что где-то во дворах петухи заголосили не ко времени.
– Будь я проклят, если хоть в одной шайке симарронов есть подряд трое таких грамотеев! Нет, это что-то из ряда вон выходящее. Будь я проклят!
Факундо дали старую клячу, дрогнувшую под его весом. Дон Федерико Суарес провожал пленника за город мимо жандармских постов. Доехали до того места, где днем стояла брошенная карета.
– Дальше я, пожалуй, поеду один, – сказал Факундо, останавливая лошадь. – Не так уж плохо я себя чувствую: лесной воздух мне очень полезен.
– Надо думать! – съязвил его сопровождающий. – Хотя я с удовольствием прогулялся бы дальше. Я бы хотел повидать Кассандру. У меня есть что сказать ей, несмотря ни на что. Если вам надоело бродяжить… Словом, мое предложение остается в силе, и я даже не требую головы Каники. Если вас с ним не будет, он не долго сможет гулять один. Подумайте!
– Я ей скажу, – невозмутимо ответил Гром.
– Она сама меня найдет, если посчитает нужным. Меня разыскать легче, чем вас, я не прячусь.
– Что делать, сеньор, – отвечал Факундо, – работа у нас теперь такая.
– Так! А теперь слушай меня внимательно. То, что я тебе сказал – это между нами. Но дружба дружбой, а служба службой. Службой я очень дорожу. Потому предупреждаю: теперь, кто бы из вас ни попался, будет казнен немедленно. Больше вам подобного фокуса проделать не удастся.
– Ну, тогда в отместку кто-нибудь будет украден или убит, – возразил Факундо.
– Это уже другое дело. Я вас предупредил, и я умываю руки. Если Сандра захочет меня видеть, пусть напишет письмо с указанием, где ее найти. Все! Прощай.
Он повернул коня и дал шпоры. Скоро затих в ночи стук копыт, и Факундо направил свою клячу в сторону реки. Путь предстоял еще не близкий.
А мы в это время находились в томлении ожидания. Ни свет ни заря Марта запрягла одноколку и поехала в город. Вернулась быстро.
– Его отпустили, – сообщила она, зайдя в конюшню, где коротали время мы с сыном. – Слежки не было. Капитан Суарес сам проводил его мили четыре и вернулся.
Собак по следу пустили утром, но след потерялся у реки. Если к завтрашнему вечеру девчонки вернутся в город – значит, дело выгорело.
