Тем временем за столами других факультетов слышались тихие смешки.
— Нет, ты видел, как их разукрасило?
…
— Интересно, кто это их так и за что?
…
— Да этому человеку надо памятник поставить…
…
— А если не человеку?
— В смысле?
— Ну, слышал же, вчера обсуждали, что у слизеринцев в подземелье Пивз ловушку поставил. Они в неё чуть не врезались. Профессор Флитвик два часа потом её убирал.
— Думаешь, этот же автор решил подшутить над грифами?
— Да всё может быть…
Гермиона Грейнджер сидела злая и возмущенная: «Как?! Ну, вот как?! Как так можно себя вести в школе?! Вместо того чтобы учиться, кто-то тратит свое время и силы на всякую ерунду! Как дети малые, честное слово!»
Рон Уизли, которого еле-еле разбудил Невилл Лонгботтом, сидел просто злой, как разгневанный соплохвост: и не выспался, и еще все смеются. Хотя ему это абсолютно не мешало уничтожать запасы пищи, представленной на столе, в рекордно короткие сроки в рекордно больших объемах.
Гермиона и Невилл, между которыми бесцеремонно бухнулся Рон, сразу же одновременно отодвинулись от него подальше. Это был всего лишь третий совместный завтрак, однако ребята уже проклинали тот момент, когда Рон решил сесть на ближайшее место, оказавшееся рядом с ними. Уже на праздничном пиру было ощущение, что его дома вообще не кормят. Стоило появиться блюдам с едой, как он быстро начал накладывать себе на тарелку все подряд. Хорошо, хоть сладкого не было. И так: картошка, чечевица, фасоль, капуста, бефстроганов, отбивная, запеченная курица и рыба — на одной тарелке смотрелись более чем экстравагантно. Рядом с тарелкой обосновались два надкусанных пирожка с картошкой и яйцами. Гермиона и Невилл только страдальчески покачали головой, закатив глаза… Они тоже проголодались во время поездки, но так себя вести? Вот и сейчас на его тарелке оказалось всё, что попалось ему под руку. Когда Гермиона попыталась в своей манере «я знаю лучше тебя» объяснить Рону, что еда не убежит, поэтому не надо смешивать овсяную кашу с яичницей, картошкой и жаренным мясом, тот ей пожелал отправиться на чары через слизеринские подземелья, а его оставить в покое.
— День длинный, а до обеда далеко: надо наедаться впрок, — с такими словами в карман мантии перекочевала куриная ножка, любовно завернутая в два куска хлеба. Соседи только скривились.
Большой Зал начал наполняться проспавшими учениками и совами с почтой. Постепенно уровень шума в Зале возрастал. Профессора на это смотрели сквозь пальцы, рассудив, что пусть они лучше тут всё выяснят, чем будут отвлекаться на уроках. В этом гомоне резко прозвучал недовольный клекот совы, а в наступившей тишине отчетливо был слышен удар клювом по чему-то твердому, и жалобное уханье филина. Все начали недоуменно переглядываться, и вскоре был найден источник нетрадиционных звуков. Оказалось, это малфоевский филин не бросил своих попыток поближе познакомиться с совой Поттера. А за что он получил клювом по голове — осталось на совести совы.
Быстро доев, слизеринцы направились на уроки.
— Блейз, что у нас сейчас?
— Драко, у тебя это что, уже традиционный вопрос дня? Выучи, в конце концов, расписание!
— Кстати, о расписании, — вклинился Гарри. — Дай еще раз почитать, а то чувствую себя склеротиком.
— Почему?
— Ничего не болит, и каждый день новости! Дай, говорю. Заодно, может, что интересное узнаю, — выхватив у опешившего Забини пергамент из рук, Гарри замолчал на минуту. — Так, Драко, наш блондинистый друг, для тебя специально. Сегодня: чары, история магии и зелья. Еще у нас дополнительные занятия по чарам с пяти тридцати и до ужина, а у меня зелья после еды.
— На зелья вместе пойдем, нам тоже интересно.
— Сегодня, думаю, не стоит: профессор хотел показать мне, что я делаю неправильно при работе с инструментами. Раз он вас не позвал, значит, у вас все в порядке. Да и как иначе? Тебя он с пяти лет сам учит. А Забини у нас из древнего рода отравителей. Как говориться, знания в крови. Ладно. Что у нас завтра? ЗОТИ, трансфигурация, травология. Хорошо, хоть опять последней парой. И на конец недели: УЗМС, история, полеты. Отлично. С объемом стихийного бедствия определились. Мерлин! Осталось десять минут до чар, наши уже ушли все. Тогда бегом!
— Куда?
— Драко! Пора уже знать куда! В твоем возрасте такие вопросы задавать уже не прилично. А пока за мной, раз сами дорогу не помните! — и он быстро рванул к ближайшему тайному переходу, ведущему к нужному кабинету. Друзья честно пытались запомнить хотя бы начало, но через три поворота и две лестницы сдались: такими дорогами их старосты не водили. Гарри, в принципе, тоже, но у него на руке сидела Шасси, тихо командующая, куда и когда свернуть. В результате ребята вывалились перед кабинетом чар и профессором Флитвиком из-за какого-то портрета, считающегося прикрепленным к стене намертво.
— Профессор, доброе утро! — стройный хор голосов, как будто не было этого забега по этажам.
— О! Молодые люди, я вижу, вы нашли свой потайной ход? Поздравляю! Десять баллов Слизерину. Пройдемте в кабинет, и не забудьте, что я вас жду вечером.
