Первыми его «жертвами» — хотя, кто еще был первой жертвой? — стала компания из четырех её львят. Минерва всегда подозревала, что Поттер и его компания сами первыми лезли к этому непонятному змеенышу, но факт оставался фактом: на каждую их грубую выходку, они получали хитрое возмездие. Первые года это были: нестандартные темно-магические проклятья неприятного свойства, различные чары, обычные магловкие шутки. Потом, с класса примерно с третьего, в ход начали идти зелья… Вот тогда-то Минерва и поняла, почему этот мальчик попал на Слизерин: больше бы нигде не прижился. Он был истинным представителем своего факультета! Ни разу! Вот просто ни разу никто не смог доказать, что его недруги попали в Больничное крыло из-за зелья. Ничего! Абсолютно. Ни одного, самого малого намека на лишние добавки. Через какое-то время эта его способность наказать своих обидчиков превратилась в стальной стержень, а любимое увлечение — в не менее любимую работу. В двадцать он защитил звание Мастера Зелий, хотя Минерва всегда подозревала, что Мастером он стал еще в школе. Но, поскольку, доказать она ничего не могла, да и не нужно ей это было, то она и не стремилась докопаться до истины. Скрывает — имеет на это право. Больше она была удивлена, когда он пришел сюда в первый раз в качестве преподавателя. Более неподходящего на должность преподавателя человека она еще не видела. Почему Альбус допустил его до работы с детьми? Это уже она никогда не узнает. Однако надо отдать Северусу должное — лучшего декана для серебристо-зеленого факультета было не найти. Первое время на него даже его змейки поглядывали косо, но уже через месяц их отношение резко изменилось, когда они поняли, что декан чуть ли не единственный преподаватель, который всегда на их стороне. Что творилось за закрытыми дверями гостиной, не знал даже Альбус, но дисциплина у змеек всегда была на высоте.
Поппи… Еще один далеко не однозначный персонаж школы… Её верная подруга уже на протяжении многих десятков лет в этих стенах. Каждый год находится пять — десять учеников, которые становятся завсегдатаями Больничного крыла. Сейчас у Минервы таких двое: Фред и Джордж Уизли. Хотя мальчики в предыдущий год поднаторели в лечебных чарах и зельях, и уже реже попадают в вотчину Поппи. Да и от своего декана они уже научились скрываться. Сейчас их редко можно на чем-то подловить, а причастность к нарушениям школьных правил, практически не доказуема. Почти, как Северус в свое время. Зачастую компанию им составляют игроки в квиддич. Эти с начала организации первого школьного соревнования и на протяжении всех времен его проведения завсегдатаи вотчины Поппи. Однако мадам Помфри только на бумаге была медьковедьмой, а по своим знаниям и умениям давно могла заткнуть за пояс любого целителя из больницы Святого Мунго, особенно из отдела редких проклятий и ядов. Уж чего-чего, а практики у неё было более чем достаточно. С какими только проблемами к ней не обращались ученики. Всё-таки дети здесь находятся в самый сложный период становления личности, да и бушующие подростковые гормоны не стоит сбрасывать со счетов, переживания из-за учебы или неразделенной любви… Пожалуй, самый сложный случай в её практике был тридцать лет назад, когда одна девочка пыталась, а точнее сбросилась с Астрономической башни из-за неразделенной любви. Да… Тогда был целый переполох. И даже не в плане бесконечных проверок. Как её успели поймать в пяти ярдах от земли, никто так и не понял. Альбуса затаскали по всем возможным комиссиям и допросам. А вот Поппи дневала и ночевала в палате девочки, пытаясь вытащить её из магической комы. Получилось… Через неделю, но получилось. Хотя все уже перестали надеяться. До этого случая считалось, что, если маг не выйдет из комы через два дня, он не очнется уже никогда. А тут неделя! Девочка даже осталась магом. Только с очень неустойчивой психикой и её пришлось переводить на домашнее обучение. Еще один небывалый случай в Школе, чтобы мага, начавшего обучаться здесь, переводили на индивидуальные занятия… Ни до ни после такого больше не было. Минерва, взглянув на парочку Северус — Поппи очень сильно удивилась, чего она вспомнила тот случай. Хотя, поймала она себя на мысли, что ей очень интересно узнать, как себя повел бы этот дуэт в такой ситуации. Да и после тоже. Ведь всем было известно, как Северус относится к её львятам. А тут еще и неразделенная любовь.
«Наверное, стал бы третировать, как всегда», — решила Минерва, ещё раз взглянув на зельевара, и вспомнила, что о нем говорят её подопечные. — «В таком случае, мы могли бы и не успеть отправить её домой. Но это уже из серии домыслов».
Сейчас эти двое нынешних коллег увлеченно обговаривали список необходимых для Больничного крыла специфических зелий. Конечно, простые лечебные зелья могла сварить и Поппи, но зачем, когда у них есть признанный Мастер? Главное, его не отвлекать и не раздражать, а то можно и яд получить. Как шутил в первое время Северус: «На чистых рефлексах».
