– Ну-ну, успокойся... Затмение нашло, бывает. Ты, в соответствии с уставом, потребовал повседневных перчаток. Хвалю. Я передал тебе «посредник», снял перчатку, а ты от смущения дернул спуск. Чур-бан... Ну, так было? – Челюсти Сулверша выбивали дробь, он умоляюще поднял руки в расползшихся перчатках. – Хорошо, хорошо... Все останется между нами. Порученцу я прикажу молчать. Перчатки твои спишу, как надетые мною лично по ошибке. Запасные при тебе? А-р-рш!
Начальник охраны преданно всхлипнул и медведем полез в туннель. А Севка воспользовался случаем, чтобы подозвать к себе Нурру со внушением – придерживать язык. И вообще больше помалкивать. Его каторжный лексикон никак не годился для монтажника высшего класса.
– Приседай почаще, в разговоры не вступай. Если необходимо, отвечай кратко и везде прибавляй «господина офицера», «господина инженера» и прочее. Будь
– Великий командор – наша надежда, – прошептал Нурра и осклабился с невыразимым бесстыдством. Ну и тип! – Слуш-ш, ваша предусмотрительность! – гаркнул Нурра.
По кораблю гремело:
«Смир-рна! Его предусмотрительность командор Пути!»
Господа специалисты приседали, лица их делались покорно-испуганными. Шуршал шепоток:
«Обходит корабль... Скоро отчаливаем...»
Да, выход на испытания приближался. Теперь Севка знал, для чего командор Пути летал на Холодный, – чтобы лично приказать начальнику готовить заправку корабля. Некоторые мысли командора не успокаивались, бродили сами по себе – по-прежнему мутные, злобно оскаленные, как челюсти курга. Шагая по кораблю, непринужденно салютуя встречным и в то же время никого не замечая – трехсотлетняя привычка! – Севка-Джал терпеливо притирался к этим мыслям. Осваивал их, поворачивал так и этак, примерял по руке, как оружие. Он не мог оставаться Севкой и только пользоваться знаниями Джала. Колоссальный опыт командора постоянно предлагал ему множество решений каждой проблемы. Чтобы выбрать одно и жестко его придерживаться, требовалась безжалостная воля, даже некоторая тупость в мышлении. Если разум учитывает слишком много обстоятельств, он всегда затруднен в выборе поведения – все варианты кажутся ему недостаточно хорошими... Севке необходимо было слиться с Джалом, как хороший всадник сливается с конем. Стать единым существом. Так было у него с Глором. Но прежде требовалось переварить новое знание. Нурра мешал ему сосредоточиться: тело Глора маячило перед глазами как укор. И командор отослал Нурру с приказом – сидеть у пульта, ждать доклада Космической Охраны, а дождавшись, передать его по радиофону. Так будет спокойней. У автомата сгорания этот грубиян задел плечом толстую диспетчершу и не подумал извиниться – только скроил постно-благовоспитанную мину. Толстая госпожа потихоньку пощелкала себя по челюсти – решила, что непотребное мерещится от переутомления...
Отослав Нурру, он брюзгливо подумал:
«Хлебну я с ним беды».
Вместе с Нуррой отодвинулись мысли о тайном обществе Замкнутых. Настолько тайном, что неизвестно, существует ли оно в действительности. Сейчас уместней думать об отношениях командора Пути с Великим Диспетчером, хотя бы потому, что Диспетчер работал с Железным Рогом – Номдалом – в далекие времена, когда Джал и помышлять не мог о Величии. Джал родился здесь. Прокт был на поколение старше – прилетел с переселенцами. Великий Диспетчер Прокт IХ, отменный мерзавец и интриган, которому незнакомо естественное отвращение к убийству... Джал не обольщался насчет него. Было время, когда он позволил Джалу сбросить Номдала. Теперь другое время, и почему бы не помочь изгнаннику слопать узурпатора? Командор Пути не думал, что Первый Великий имел прямое отношение к затее Светлоглазого. Прокт рекомендовал другого порученца, младшего командора с Титанового – стандартного тупицу и доносчика. А рекомендации Глора шли от заместителя Первого Диспетчера Третьей монтировочной, «старого гунеу». Он как раз был ближе к Великому Десантнику, поскольку до последнего времени работал в его хозяйстве, на связи с экспедициями. Опять Нуль, Великий Десантник, неимоверный лентяй, растяпа, чур-рбан... Любопытно, что ему дотошный Джал просто необходим. Джал взвалил на свое хозяйство кучу дел, положенных Великому Десантнику. Освободил его от заботы о прилегающих областях Космоса – обслуживал их своими пилотами... И, по-видимому, просчитался. Помогая Нулю, он чересчур хорошо рассмотрел в нем ничтожество. Такого не прощают.
«Я сам бы не простил, – подумал Джал. – Видимо, Нуль и подпустил Джерфа. Не зря я подумал о нем сразу после пересадки. Первая мысль в новом теле всегда бывает толковая. Итак, что можно пустить в ход против Нуля?»
Стоп! Как он мог забыть? Доклад Нуля – об экспедиции на Чирагу!
Севка остановился. Ходовой Диспетчер монотонно, почтительно бубнил:
– Полировка дюз по классу экстра, ваш-ш...
– Молодец! Ювелир! – грянул командор Пути.
