– И они двинулись в Космос за телами!
– Как испанские колонисты за рабами в Африку.
– Стройная картина, – сказал Вячеслав Борисович. – Вот что еще – как быть с моральными запретами? Вселить своего старшего родственника в инопланетянина... Похуже, чем в крысу или в гиену! По-моему, это непреодолимый запрет...
– А, мораль? – сказал Благоволин. – Мораль всегда отвечает потребностям общества.
– Пожалуй, так... Это могло пройти постепенно. Нашли на ближних планетах себе подобных, потом привыкли...
– Ну вот и договорились. Практические выводы ясны?
– Пока нет, – сказал Портнов.
– Ну боже мой! Даже хамы-работорговцы пытались беречь свое «черное дерево», поскольку живой раб приносил доход, а мертвый – одни убытки. Если наша гипотеза верна, то «зелененькие» должны прямо трястись над каждым телом. Для них потеря одного раба не исчисляется в пиастрах. Каждый человек, убитый при вторжении...
– Ага! Соответствует одной собственной жизни! – вскрикнул Портнов. – То-то они обходятся без кровопролития – им нужны тела для «вишен»!
– И дальше будут стараться в том же духе. Убивать – не-ет, это для другой психологии... – сказал Митя. – Если у тебя в чемодане томятся твои родители, бабушки и прапрадедушки, ты поневоле будешь любить и лелеять такого парня, как я.
Степка засмеялся. Про себя он стал называть этого великолепного дядьку Митей.
– Не тебя, – сказал Портнов. – Твою бренную оболочку.
– Ну давай так считать, – сказал Митя. – Важно другое. У них четкий метод завоевания: подмена личности. Без убийства! Двинули на них полк, они вселяются в офицеров – и штык в землю... Они должны стремиться захватить сразу как можно больше людей. Поэтому ядерное оружие, способное уничтожить все живое в определенном районе, для них пренеприятный сюрприз. Бах! – и все освоенные тела погибли. Следовательно, они должны рвануться из района Тугарина. Первый вывод: мы должны оцепить Тугарино, чтобы муха не вылетела...
– Так, – сказал Портнов. – Так, так! А у них мало Десантников, не хватает даже для охраны корабля.
– Звездный корабль... – мечтательно проговорил Митя. – Хоть бы одним глазком... Ладно. Я думаю вот что. Оцепить, пригрозить бомбой – только пригрозить. Тогда десанту придется уйти. Но прежде он наведет всю армаду. Скажем, прямо на генштабы ядерных держав.
– Так... Первое – оцепление, второе – угроза... Запомнил. Если твоя гипотеза справедлива...
– Ты слушай, – сказал Митя. – Психология есть психология. У меня своя, а у них своя. Может быть, все как раз наоборот, и они мечтают посмотреть на мегатонные взрывы, как я – на их корабли. Но покамест я бы пригрозил им этими взрывами и не дал бы воспользоваться телескопом для сигнала наведения.
– Так я с этим и пришел! – вскрикнул Вячеслав Борисович.
– «Ай ду-ду...» – басом пропел Митя. – Одним махом семерых убивахом. Ты учти, им нужна только антенна от нашего телескопа. Если ты собрался портить не антенну, а усилитель, то время такой акции надо выбрать впритирочку. Чтобы они не поспели до восьми часов присоединить свой усилитель.
– Так я с этим и пришел! Надеялся, ты посоветуешь что-нибудь практическое.
– А, практическое? Дай знать в Москву, в Министерство обороны. Без этого все прочее бессмысленно. Пусть шевелятся, если еще не поздно. Если «зеленые» расползлись, не поможет и эйч-бамб...
После этого странного слова опять наступило молчание. Потом инженер умоляюще проговорил:
– Мить, я один не справлюсь.
– Я тут не игрок... Почему? Ты считаешься обработанным, а я – нет. Больше скажу. – Благоволин безмятежно улыбался. – Из соображений конспирации тебе следовало бы меня убрать, а?
– Не болтай!
– Почему же? Я посвящен в твои планы и, если меня обработают – завербуют, так сказать, – предупрежу. Потому я и знать не хочу, как ты намереваешься поступать. Кстати... радиолюбителя знакомого у тебя нет? Езжай-ка лучше к нему и связывайся с Москвой. А я...
В глазах Вячеслава Борисовича что-то мелькнуло, и он неопределенно повел плечами. А Степка совсем растерялся. Только что он сидел и с блаженным чувством спокойствия смотрел на спину Благоволина – она была как стена, она была могучая и надежная, – и вдруг эти слова:
«Тебе следовало бы меня убрать»!
Он ужаснулся. Вот почему Вячеслав Борисович заставляет его разыгрывать перед Митей «девочку Машу»... Вот почему молчит об инструкции, написанной в кабинете... Он с самого начала помнил, что Митю могут обработать и он предупредит пришельцев о Степкином специальном задании!
Степка отвернулся от всего этого и стал думать о своем. Эйч-бамб... где-то он слышал... Странное слово какое. Он смотрел в окно и не мог думать. Митя говорил:
– Я постараюсь подольше не попадаться.
– Может, пистолет?
– Тебе он нужней, Слава. Я по живому не выстрелю.
– Сейчас надо принципы в сторону.
– А! Мои принципы: хочу – выполняю, хочу – нет? Эх, Портняжка... Но ты не волнуйся уж так. У меня есть план.
– И прекрасно, – сказал Вячеслав Борисович. – Маша, поехали!
Степка не повернулся, он чувствовал, им еще надо поговорить. И правда, сейчас же Портнов спросил:
– Ну, какой план?
