- И не зря, – сказала Анна Егоровна. – Кабы не дети, мы бы тут не сидели, уважаемый.
Зернов спросил с неожиданным, очень живым любопытством:
- Скажите, а вам как удалось воспротивиться?
- Чудом, – сказал Благоволин. – Еще бы пять минут – и каюк. Их что-то отвлекло от моей особы.
- А без чудес?
- Я знал заранее, зачем они ко мне идут. Потом, я же профессионал. Мышление – моя работа. Я привык отстаивать свою линию мышления.
По комнате прошло движение – здесь было достаточно профессиональных мыслителей. Быстров сказал:
- Если позволите... Дмитрий Алексеевич в некотором роде вундеркинд. Так сказать, мыслитель милостью божьей... Кандидатскую диссертацию он защитил в двадцать пять лет, не получив докторскую степень по грустной случайности.
- Какая же случайность? – спросил Зернов.
- Ученый совет, и я в числе его членов, не понял настоящего смысла его работ. Не доросли.
- Евгений Викторович, хватит, – сказал физик.
Зернов невесело улыбнулся:
- То есть для самозащиты от «посредника» надо быть либо гением, либо ребенком?
Психолог, давно порывавшийся вставить словечко, сказал:
- Эйнштейн писал, что в гении всегда сидят ребенок.
- Товарищи, к делу... – проговорил Георгий Лукич.
- Виноват, – сказал Зернов. – Второй вопрос к Дмитрию Алексеевичу. Повторите насчет их планов на будущее.
- Пожалуйста. Вскоре после начала операции несколько Десантников были назначены резидентами. Их задача – действовать самостоятельно, если десант отступит. Количество держится в секрете. Тактика – проникновение в руководящую структуру планеты. В первоначальной десантной операции они не участвовали.
- Это все?
- Да.
- Они остались в Тугарине?
- Не знаю.
- А как думаете?
- Думаю, надо предполагать худшее. Оно разумней...
- Скажите, товарищи, – тихо проговорил Георгий Лукич, – есть возможность на глаз отличить человека, зараженного пришельцем?
- Нет. Сомнительно... Нет, – ответили в один голос Анна Егоровна, Благоволин и Ганин.
- К сожалению, отпадает. Остаются научные методы. Излучение, например? Что говорит наука?
- А ничего, – сказала Анна Егоровна. – Нужно двоих-троих пришельцев для исследования, аппаратуру, тогда наука и скажет.
- Плохо, – сказал Георгий Лукич. – Ну, а физики? У вас кончились исследования микропередатчика?
Кто-то сказал:
- Кончены, Георгий Лукич. Не излучает.
- Что поделаешь... Зернов, прошу соображения вашей службы.
Зернов принял от соседа папку с замочком, заглянул в нее, закрыл и поднялся из кресла.
- Случай необычный. – Он вздохнул и опустил на столешницу длинные растопыренные пальцы. – Как он смотрится с точки зрения нашей службы? В пределах госграницы имеется несколько... – он пошевелил пальцами, – несколько лиц с безупречными документами, безупречным знанием обстановки, условий и так далее. Это еще не делает их неуловимыми... – Он сморщился и несколько раз кивнул. – На чем я могу поймать разведчика? На попытках проникнуть куда-либо. Например, в Генеральный штаб. Но могу ли я предотвратить такое проникновение сейчас? Заявляю авторитетно – нет...
По залу прошелестело что-то. Видимо, все еще надеялись. Не бывало такого, чтобы Зернов чего-то не мог.
- Почему так? – спросил Зернов. – На подходе мы не в состоянии их задержать, поскольку они безупречно замаскированы. Точнее, им и маскироваться не надо... Далее, мы бы сумели приставить охрану к ряду товарищей, но и сие бесполезно. Благодаря своей аппаратуре – «посредникам» – они одинаково легко управятся и с охраняемыми лицами и с охранниками. Таким образом, сейчас мы беззащитны, и необходимы решительные меры. Необходимы! Уже сейчас, в настоящую минуту, несколько резидентов едут сюда и будут здесь, – Зернов показал на окно, – к утру.
- Выезд из Тугарина мы закрыли, – сказал генерал.
- Так точно, – Зернов сложил кончики пальцев и посмотрел на стенные часы. – С восемнадцати часов. Но я бы на их месте двинулся в дорогу прямо с утра. На утренний самолет они опоздали; вечерний мы отменили. На поезде они едут, товарищ генерал... Здесь будут в семь ноль две, на Северном вокзале.
- Задержать их на вокзале! Проверку документов устроить, тугаринских задержать!
- Не забывайте о «посредниках», – задушевно сказал Зернов. – Если они хоть малость смыслят в маскировке, они уже раза три переменили хозяев. Не сомневаюсь, что граждане из Тугарина сейчас уже, сидя в вагонах, удивляются – за какою надобностью их унесло из дома... Они-то уже не пришельцы... Сейчас «посредники» везут со-овсем другие граждане. М-да... Я поступил бы именно так.
- Вы – несомненно, – сказал генерал. – А они?
- Они – такие же специалисты, как я. Если не получше... – Контрразведчик улыбнулся. – Итак, мы должны быть готовы к утру. Времени мало. Предложить я могу единственную, но решительную меру: наглухо изолировать от внешнего мира всех людей, коими интересуются пришельцы...
- Паникуешь! – крикнули с дальнего конца стола.
- Я рассуждаю, а не паникую, – сказал Зернов.
Благоволин пробасил:
- Товарищ Зернов абсолютно прав.
