Послышался громкий топот, словно кто-то босиком бежал вниз по лестнице. Как они сумели прошмыгнуть на лестницу мимо меня? Раздражение нарастало, и я выбежала вслед за ними. На первый взгляд внизу было абсолютно спокойно. Листья папоротников в кашпо по обе стороны коридора, ведущего к кухням, не шевелились, значит, здесь никто не проходил. Тишина. Наверное, грации побежали в переднюю часть дома.
Я прошлась по главному холлу, проверила столовую, заглянула в зимний сад и поймала себя на мысли, что на первом этаже очень темно. Я не увидела свечей, без которых девочки ни за что не пошли бы гулять по дому: Онор всю жизнь боялась темноты. Я прислушалась, пытаясь понять, в какую сторону они могли побежать. Складывалось ощущение, что они где-то затаились или передвигались на цыпочках, с трудом сдерживая смешки. Повернув за угол, я налетела на кого-то в темноте. Мой сдавленный крик эхом прокатился по коридору.
– Мисс Фавмант! – воскликнул Роланд, подавая мне руку.
Я отпрянула, вспомнив о подозрениях Эдгара.
– Все в порядке, – заверила я, – я просто не ожидала встретить вас.
Несмотря на поздний час, Роланд выглядел безупречно, как и всегда. Его форма была идеально выглажена и застегнута на все пуговицы, а галстук на шее завязан аккуратным узлом.
– Уже так поздно, а вы не спите, – заметил он, глядя мне прямо в глаза и тактично не обращая внимания на мою ночную рубашку. – Может, вам что-нибудь принести? Стакан воды? Теплого молока? Повариха уже легла спать, но я уверен, что справлюсь с чашкой чая. Заварить вам ромашку?
Я отмахнулась от всех его предложений:
– Мне нужно найти граций. Вы не видели их?
– Они тоже не спят? – спросил он, заглядывая мне за спину, чтобы случайно не упустить из виду девочек, которые могли здесь пробегать.
Пламя свечи затрепетало на сквозняке, и тени заплясали по худому, с заостренными чертами лицу Роланда. В первое мгновение я увидела злобную горгулью, а в следующее передо мной снова стоял верный приближенный семьи.
– Они затеяли какую-то игру. Я надеялась разогнать их по кроватям, пока папа об этом узнает.
– Если хотите, я могу разбудить слуг.
– Нет-нет, конечно, не надо никого будить. Я уверена, они где-то здесь.
Тусклые глаза Роланда сосредоточились на мне. Я знала: он ждет, чтобы я его отпустила, но в какой-то момент он, видимо, почувствовал, что меня беспокоят не только грации.
– Вы помните ту ночь… когда Эулалия…
Роланд нахмурил седые брови, поняв меня без лишних слов.
– Прекрасно помню, миледи.
– Вы видели ее в тот вечер? Или, может, заметили что-то необычное в доме?
Роланд покачал головой:
– К сожалению, нет. Я… Я взял выходной по случаю дня рождения мамы. Понимаете ли, ей исполнилось восемьдесят лет. Мы решили отпраздновать на Астрее в семейном кругу. В тот день я уехал после полудня, чтобы помочь с приготовлениями. Даже мой брат Стамиш – вы знаете, он служит при дворе короля Алдерона – смог приехать. Получился чудесный праздник.
Сделав небольшую паузу, Роланд сокрушенно добавил:
– Я виню себя в смерти Эулалии. Если бы я не уехал, если бы только я был здесь, я бы смог уберечь ее!
– Уберечь от чего?
Роланд сжал кулаки:
– Я не верю, что она пошла просто прогуляться под луной, как считает ваш отец… Должен сказать, среди горничных ходят ужасные сплетни, и они не сомневаются, что Эулалия собиралась сбежать той ночью. Сбежать с мужчиной, – еле слышно добавил он. – Когда в ее комнате убирали, я заметил, что там не хватает одного чемодана, некоторых предметов одежды и личных вещей. Она точно собиралась сбежать, мисс Фавмант. Я знаю.
– Значит, ее столкнул с обрыва… ее компаньон? Так? – осторожно спросила я, стараясь не выдать того, что я знаю.
Роланд откашлялся, и этот неожиданный громкий звук эхом прокатился по пустому коридору.
– Конечно, нет! В ту ночь было ветрено… слишком ветрено, чтобы стоять на вершине скалы с тяжелым багажом. Ей вообще не следовало там находиться… Не стоит плохо говорить об усопших, но с этим часовщиком с Астреи ничего путного бы не вышло. Он навлек бы позор на эту семью. На Эулалию. Может быть, даже к лучшему, что он решил… – Роланд осекся и покачал головой. – Простите меня, мисс Фавмант, я сказал лишнее. Как вы считаете, может, стоит снова зажечь канделябры?
– Канделябры? – переспросила я.
– Чтобы было легче искать ваших маленьких сестер.
Очевидно, наш разговор об Эулалии подошел к концу.
– О нет, спасибо. Я уверена, что им уже надоело играть и они пошли спать.
– Может, вам стоит последовать их примеру? Я точно никак больше не могу вам помочь?
– Вы и так очень много для нас делаете, Роланд. Спокойной ночи.
– Приятных снов, мисс Фавмант.
Я пошла в другую сторону, как будто направлялась к лестнице, но на самом деле затаилась там, где он не мог увидеть моей свечи. Несмотря на уверенность Эдгара, Роланд отпадал: в ночь, когда убили Эулалию, его не было в Хаймуре. Хотелось плакать. Я знала о ее смерти не больше, чем в ночь после поминок, но теперь осталась совсем одна, и мой главный союзник тоже погиб при таинственных обстоятельствах. Что делать дальше?
