– По-моему, тоже, – проговорила я, обращаясь скорее к себе, чем к Лихнису.
Я так и не рассказала ему о первых людях-машинах и непростительном поступке, который мы совершили по отношению к ним. Слова Геспера таились в моей душе как шило в мешке, неумолимо прорываясь наружу. Не хотелось, чтобы Каскад или Каденция узнали, чем поделился со мной их золотой собрат, ведь многое он мог пережить или испытать только в бытность Фантомом Воздуха.
– А заполучи они ключ, – начала я, не подумав, стоит ли говорить о таком вслух, – одноразовый ключ, вроде того, который тебе выдала Линия, когда послала к кентаврам… у них получилось бы?
– Я использовал тот ключ, лишь чтобы починить звездамбу.
– Есть и более функциональные ключи. Линия поручила тебе только устранить неполадки – разбирать дамбу еще рано, уровень радиации слишком высок. Но если бы тебя отправили демонтировать звездамбу, выполнившую свое назначение, чтобы использовать миры-кольца в другом месте…
– Мне бы дали одноразовый ключ с функциями полного демонтажа. – Лихнис закончил мою фразу с четырехминутной задержкой. – Такие ключи выдают лишь по очень веской причине. Демонтаж проходит под строжайшим контролем Линии. Каждый ключ предназначен для конкретной звездамбы – другую им не откроешь и преждевременно не разберешь.
– Где-то наверняка есть ключ от той звездамбы. Если не сам ключ, то хотя бы указания, как его изготовить.
– Для каждой звездамбы существует единственный ключ. Его делают одновременно с самой дамбой и кодируют сложнейшими кодами. Никакой другой не подойдет, а коды никто не хранит. Мол, лучше потерять ключ и не иметь возможности открыть дамбу, чем рисковать тем, что дубликат попадет в недобрые руки. В результате некоторые миры-кольца привязаны к давно испепелившимся звездам, но для нас это вполне разумная цена.
– А где ключ к той звездамбе?
– Уничтожен в микровойне через пару сотен тысячелетий после возведения дамбы. По крайней мере, так утверждают космотеки. Только безоговорочной веры им у меня не осталось. Мы считали себя умнее других, врали Угарит-Панту, а сами в очередной раз пичкали себя ложью.
Я снова взглянула на Каденцию. Внезапно мрак рассеялся – я поняла, зачем роботам понадобился мой корабль.
Изначально «Серебряные крылья зари» не фигурировали в планах Каскада и Каденции. Их высокая скорость оказалась очень кстати, только не она стояла во главе угла, тем более у Горечавок есть и другие быстрые корабли. На наш сбор Каскад и Каденция пробрались не в надежде долететь до звездамбы. Пожелай они там оказаться, отправились бы прямиком к дамбе, сэкономив время и силы. В бытность гостями Эспарцет, они даже ее корабль не захватили.
Каскад и Каденция явились за мной. Не за моими воспоминаниями, не за самим моим кораблем, а за тем, что на нем хранится. Задолго до того, как братья-шаттерлинги определили мне наказание, их методично направляли к конкретной цели.
На борту «Серебряных крыльев зари» хранится одноразовый ключ от той звездамбы.
Голова закружилась, словно я слишком резко поднялась на большую высоту и вдохнула разреженный воздух. Доказательств не требовалось – с каждой секундой я все больше убеждалась в своей правоте. В какой-то мере я всегда это знала. Как ни старайся, старые воспоминания полностью не сотрешь.
Я отродясь была скопидомом и неохотно расставалась со своим имуществом.
Получается, тому есть причина.
– Портулак, на случай если связь снова прервется, хочу сказать кое-что еще, – начал Лихнис, когда головокружение поутихло, хотя полностью проходить явно не собиралось. – Калган намерен повторить атаку. Пусть роботы знают наши планы, ничего страшного. Они так и так разберутся, когда заметят приближение «Полуночной королевы». Если можешь защититься, непременно попробуй.
– Попробую, – отозвалась я. – Лихнис, я тоже хочу сказать тебе кое-что еще. Жизненно важно остановить «Крылья». Мы, конечно, не знаем, зачем роботам таранить звездамбу, но это точно не в наших интересах. Раз выяснили, куда они летят – я уверена, что их цель – звездамба, – мы не должны их туда пускать. Лихнис, «Серебряные крылья» нужно не просто подбить. На кону слишком многое, рисковать нельзя. Скажи Калгану, пусть не жалеет пушек. Пусть расстреляет меня.
Если Реликт разочаровал Калидрия, то меня – нет. Наши потери неуклонно росли, но в подземной темнице нерадивый ученик Калидрия наконец составил контрзаклинание. В неволе Реликт мог опробовать его лишь частями. Неделя за неделей он оттачивал их, не оставляя без внимания ни одной мелочи.
– Стоит наложить это заклинание, Калидрий узнает, – сказал Реликт. – Я должен быть уверен в успехе, ведь, если потерплю неудачу, второго шанса не будет. Калидрий изменит свои методы, и мы упустим единственный шанс.
– Делай то, что считаешь нужным.
Наконец Реликт объявил, что готов. Текст заклинания, сложный, как ноты камерной музыки, занял целую страницу. Начав его читать, останавливаться было нельзя. Малейшая ошибка, крохотная неточность – и все пойдет насмарку.
