Здесь, в сердце Рараку, богиня Вихря украла цвет самого солнечного огня, делая ландшафт блеклым и зловещим. — Бесцветным, Карса Орлонг? — донесся призрачный голос Байрота Гилда, полный сухой насмешки. — Нет. Серебро, друг мой. А серебро — цвет забвения. Хаоса. Серебро — это когда смываешь последнюю кровь с меча…
— Хватит слов, — прорычал Карса.
Леомен отозвался: — Я только что пришел, Тоблакай, и не успел сказать ни слова. Не желаешь попрощаться?
Карса не спеша разогнулся, надевая мешок на плечи. — Словам не нужно звучать, друг, чтобы нести угрозу. Я лишь ответил своим мыслям. Рад тебе. Когда я начал первое путешествие, очень давно, никто не смотрел вслед.
— Я спросил Ша'ик, — ответил Леомен, стоявший в десятке шагов. Он прошел через пролом в низкой стене — глинобитные кирпичи, увидел Карса, с теневой стороны сплошь покрыты ризанами, сложенные пестрые крылья делают их почти не заметными на охряном фоне. — Но она сказала, что не будет с нами сегодня. Что еще страннее, она, похоже, уже знала о твоем намерении и ждала моего визита.
Пожимая плечами, Карса встал к Леомену лицом. — Одного свидетеля достаточно. Мы можем сказать слова прощания. Не прячься в яме слишком долго, друг. А когда поедешь с воинами, соблюдай приказы Избранной — множество ударов самого маленького ножа пробудят медведя даже от глубокого сна.
— Перед нами юный и слабый медведь, Тоблакай.
Карса покачал головой: — Я научился уважать малазан и боюсь, что ты их только разозлишь.
— Я подумаю, — согласился Леомен. — Но прошу запомнить и мой совет. Бойся своих богов, друг. Если нужно склониться перед силой, вначале посмотри на нее ясными глазами. Скажи, что говорят при расставании твои сородичи?
— Да сразишь тысячу детей.
Леомен побелел. — Доброй дороги, Тоблакай.
— Найду.
Карса знал: Леомен не может увидеть или ощутить тех, что стоят рядом с ним в проломе стены. Делюм Торд слева, Байрот Гилд справа. Воины-Теблоры, кровяное масло блестит багровыми пятнами, которые не вытравить даже Вихрю. Они подошли, едва Теблор начал разворачиваться на запад.
— Веди нас. Веди нас, Воевода.
Дразнящий смех Байрота звенел и трещал, словно под ногами Карсы были черепки. Теблор скривился. Похоже, честь и уважение имеют высокую цену…
Тем не менее, подумал он через миг, лучше вести духов, нежели бежать от них. — Тут как посмотреть, Карса Орлонг.
Вдалеке показалась крутящаяся стена Вихря. Будет хорошо, подумалось Теблору, увидеть внешний мир спустя столько месяцев. Он пошел на запад, а за спиной рождался день.
— Ушел, — сказал сидевший на подушках Камист Рело.
Корболо Дом поглядел на мага, ничем не выдавая презрения, которое питал к этому типу. Колдовству на войне не место — он доказал это, уничтожив Собачью Упряжку. Но Рело — малейшая из проблем, о которых стоит подумать. — Значит, остается лишь Леомен, — пророкотал он.
— И он через пару дней уйдет со своими крысами.
— Фебрил ускорит свои планы?
Маг пожал плечами: — Трудно сказать. Но сегодня в его взгляде сквозила алчность.
Алчность. Поистине. Еще один верховный маг, еще один безумец, носитель силы, которой лучше не касаться. — Но остается еще один, и в нем главная угроза всем нам. Руки Духа.
Камист Рело фыркнул: — Слепой, заблудший глупец. Знает ли он, что чай дхенбара истончает ткань между миром и тем, от чего он бежит? Вскоре разум его исчезнет, поглощенный кошмарами. Одной заботой меньше.
— У нее есть тайны, — пробурчал Корболо, склоняясь на подушках, чтобы взять тарелку с фигами. — Превыше тех, что дарованы Вихрем. Фебрил же рвется вперед, не понимая степени своего невежества. Нет, успех или провал решительной битвы с армией Адъюнкта будет зависеть от Собакодавов. От моей армии. Отатарал Таворы победит Вихрь, я уверен. Все, чего я прошу у тебя, Фебрила и Бидитала — не мешать командовать военными силами, определять ход битвы.
— Мы оба знаем, — рявкнул Рело, — что наша борьба важнее судьбы Вихря.
— Да, так и есть. Важнее всех Семи Городов, маг. Не теряй из виду конечной цели, трона, что однажды станет нашим.
Камист Рело пожал плечами. — Наша тайна, старый друг. Нужно лишь действовать осторожно, и тогда все помехи исчезнут на глазах. Фебрил убивает Ша'ик. Тавора убивает Фебрила, а мы уничтожаем Тавору и ее армию.
— И становимся спасителями Лейсин, топя мятеж в крови. Боги, если понадобится, я увижу всю страну лишенной жизни. Победное возвращение в Анту, аудиенция у Императрицы, а потом — нож в спину. Кто нам помешает? Крючки будут вылавливать Когтей. Вискиджека и его Сжигателей больше нет, Даджек на другом материке. Как поживает джистальский жрец?
— Маллик путешествует без препятствий, движется на юг. Он человек умный, мудрый, он в совершенстве исполнит свою роль.
Корболо Дом промолчал. Он презирал Маллика Реля, но не мог отрицать его полезности. Но такому человеку нельзя доверять… Верховный Кулак Пормкваль подтвердил бы, будь дурачина еще в живых. — Пошли за Файэлле. Мне нужна женская компания. Оставь меня, Камист Рело.
Верховный маг медлил. Корболо скривил губы.
— Вопрос Л'орика, — шепнул Камист.
— Так реши вопрос! Вон! — заорал Корболо.
