Банда байкеров облюбовала для вторжения большой шикарный дом у подножия холма, в котором живет красивая женщина.
Я знал, что Уорд присматривался к тому дому уже давно — каждый раз, когда мы проезжали мимо, он притормаживал и внимательно его разглядывал. Дом был из тех, что мы обычно заносим в наш список — большой и шикарный, но при этом никаких слуг, а вокруг ограды — густые заросли. Он стоял прямо у подножья небольшого холма, и, когда в тот день Уорд, въехав на вершину, заглушил мотор своего «харлея», мы увидели, что на надувном матрасе у бассейна лежит женщина и читает книжку.
Полюбоваться на нее действительно стоило — точеная фигурка и купальник почти прозрачный, — наверное, чтобы пропускать больше солнечных лучей… Честно говоря, я чуть не врезался в Уорда, который наблюдал за ней, положив руки на руль и поигрывая мышцами.
Уорд гордится своей мускулатурой и нас заставляет качаться. Хоть и неохота, но ничего не поделаешь, приходится, потому что я не знаю никого, кто бы посмел ему перечить — ни в нашем клубе, который называется «Призраки», ни в каком другом.
Название клуба придумал я: мы, точь-в-точь как настоящие призраки, носимся ночами по автостраде с потушенными фарами. Видели бы вы рожи водителей! Но даже если нас остановит легавый — что нам такая мелочь, как штраф в сотню «зеленых»? Ведь бабки у нас имеются, и очень неплохие. Откуда? Мы приезжаем на окраину какого-нибудь маленького городка и с близлежащих холмов осматриваем окрестности в бинокль — где чем можно поживиться. Потом выбираем несколько домов побогаче и следим за ними: когда уезжают и приезжают хозяева, сколько там живет человек, есть ли собаки и так далее. Учитываем все до последней мелочи. Бьюсь об заклад, мы знаем о любом курортном городишке в нашей округе больше, чем все местные легавые, вместе взятые.
Улучив удобный момент, мы ночью вламываемся в один из этих домов и обчищаем его. Потом прячем добычу, садимся на мотоциклы, спускаемся в один из оврагов, которых здесь полным-полно, и выныриваем на шоссе где-нибудь миль через десять. А если нам начинают задавать вопросы насчет того, где мы в это время были, говорим, что просто ездили кататься.
Поэтому когда Уорд притормозил, я не удивился. Хотя этот дом и был у нас на примете, мы его еще толком не разведали, а про существование этой куколки даже не подозревали. Мы пялились на нее, пока она не отвернулась и снова не уткнулась в книжку. Я посмотрел на Уорда. Немного найдется женщин, которые повернулись бы к нему спиной. Его, видно, это здорово задело, и со злости он газанул так, что из-под заднего колеса его мотоцикла полетели комья грязи. Но когда мы перевалили на другую сторону холма, он уже малость поостыл и, махнув нам рукой, повернул на север к длинному узкому оврагу. Там есть водопад и небольшое озерцо, в котором при желании можно даже искупаться.
Мы уже почти добрались до места, когда нам попалась косуля — наверное, пришла на водопой и теперь оказалась в ловушке, образованной огромными каменными глыбами. Увидев нас, косуля замерла. В лучах заходящего солнца ее шкура казалась золотистой. Боб рассмеялся и, направив мотоцикл прямо на нее, дал по газам. Косуля резво отпрыгнула в сторону и чуть не проскочила мимо Майло, но мы не зевали и мигом взяли ее в кольцо. Косуля опять застыла — глаза навыкате, бока тяжело вздымаются, шкура лоснится от пота. Уорд жестом приказал нам расступиться. Косуля словно ждала его. Едва Уорд оказался перед ней, она встала на задние ноги и молниеносно лягнула передними, целя копытами ему в лицо. Реакция у нашего вожака отменная; за мгновенье до удара Уорд успел пригнуться, но эти чертовы копыта все же угодили ему в плечо, и он рухнул на землю вместе с «харлеем». Косуля одним прыжком перемахнула через него, прошмыгнула между мной и Тимом и была такова.
Майло с Бобом подбежали к Уорду и стащили с него мотоцикл, но я почти не сомневался, что кто-нибудь из них сейчас схлопочет — настолько он был взбешен. Его лицо и рубашка были перепачканы в грязи, а из длинной ссадины на плече сочилась кровь. Мы расселись по мотоциклам и выжидающе уставились на Уорда. Некоторое время он молчал, играя желваками, но потом неожиданно рассмеялся, а следом за ним — и мы. Вскоре начало смеркаться. Я включил фонарик и по выражению лица Уорда понял, что сегодня мы наверняка пойдем на дело, хотя на этой неделе один дом уже обчистили. Так оно и вышло. По команде Уорда мы завели моторы и поднялись на вершину холма — того самого, с которого недавно любовались красоткой. Уорд достал бинокль и некоторое время неподвижно сидел, разглядывая дом. Потом он сказал: «Ну ладно. За работу».
Оставив мотоциклы на холме, мы спустились вниз и ползком двинулись вперед. Вокруг не было ни души, однако Уорд выждал целых пятнадцать минут и только после этого пополз к ограде.
