Пошатнувшись, шалаш выпустил еще двоих обитателей. Третий остался выглядывать из окошка. Трое загорелых мальчишек с разрисованными лицами уставились на него через сетку.
— Он не из этих, — сказал один другому, кивая на зубцы многоэтажек. — Он вообще нездешний. Вон как глядит...
— Мы на автобусе приехали, — объяснил мальчик в жакетке. — А потом еще пешком.
— Вот и иди отсюда пешком, — посоветовали ему из-за сетки.
Он отошел на несколько шагов. Он не обиделся. Просто это были странные мальчишки. Что-то с ними было не так. И ему хотелось понять, что именно.
Те, со своей стороны, разглядывали его и обсуждали без всякого смущения.
— С Северного полюса, наверное, — сказал маленький, с очень круглой головой. — В кофточке. Совсем дурачок.
— Сам ты дурачок, — сказал другой. — Рук нету, вот он и в кофте. К нам привезли. Не видишь?
Они переглянулись и захихикали. Тот, что сидел в домике, тоже засмеялся, раскачивая его своим смехом.
Мальчик в жакетке попятился.
Они продолжали смеяться:
— К нам, к нам!
Он повернулся к ним спиной и побежал. Неуклюже сутулясь, чтобы не слетела жакетка.
Выскочив за угол, врезался в кого-то, и тот схватил его за плечи.
— Эй, потише! Что такое?
Мальчик затряс головой.
— Ничего. Извините. Меня ждут вон там. Пожалуйста, отпустите.
Но человек его не отпустил.
— Пойдем, — сказал он. — Твоя мать сидит у меня в кабинете. Я уже начал гадать, что говорить, если не найду тебя.
Человек был из прохладного дома. У него были синие глаза и серые волосы, он был горбоносый и щурился, как щурятся люди, которые носят очки.
Они поднялись по ступенькам, и человек из прохладного дома взял чемодан. Дверь была приоткрыта. Он посторонился, пропуская мальчика.
— А те, из шалаша... Они здесь живут? — спросил мальчик.
— Да, — обрадовался синеглазый. — А вы уже познакомились?
Мальчик промолчал.
Он переступил порог, человек из Дома вошел следом, и дверь за ними захлопнулась.
Они жили в комнате, уставленной полками с игрушками. Мальчик и мужчина. Мальчик спал на диване с плюшевым крокодилом, мужчина ставил рядом раскладушку. Оставаясь один, мальчик выходил на балкон, ложился там на надувной матрас и смотрел сквозь перила на игравших внизу ребят. Иногда вставал, чтобы его было видно. Ребята задирали головы и улыбались. Но никогда не звали спуститься. Втайне он ждал этого приглашения, но его не звали. Разочарованный, он ложился обратно на матрас, смотрел вниз из-под полей соломенной шляпы и слушал их тонкие, похожие на птичьи, голоса. Иногда он закрывал глаза и представлял себя на пляже дремлющим под тихий шелест волн. Крики мальчишек делались чаячьими. Ноги облезали и покрывались коричневым загаром. Он уставал от безделья.
Вечерами они сидели на ковре, мальчик и синеглазый, носивший странное имя Лось, которое не было именем, слушали музыку и разговаривали. У них был скрипучий проигрыватель и пластинки в ветхих конвертах, которые мальчик разглядывал, как картины, очень внимательно, ища в них сходство с музыкой и не находя его.
Летние ночи входили в балконную дверь. Они не включали свет, чтобы не приманивать комаров. Однажды мальчик увидел мелькнувшую по синему бархату неба тряпку. Это была летучая мышь, похожая на крысиное привидение в рваном плаще. С тех пор он садился так, чтобы видеть небо.
— Почему ты называешь себя Лосем? — спросил однажды мальчик.
Он думал о бродящих по лесам лосях, с рогами, кружевными, как дубовые листья. О них и об оленях, которые доводились им родственниками. Хотя у оленей рога были совсем другие. Он долго думал обо всем этом, прежде чем спросить.
— Это кличка, — объяснил Лось. — Прозвище. У всех в Доме есть прозвища, так уж здесь повелось.
— И у меня тоже, раз я здесь живу?
— У тебя пока нет. Но будет. Когда вернутся остальные ребята и ты переберешься в общую спальню, тогда и у тебя тоже появится кличка.
— Какая?
— Не знаю. Надеюсь, что симпатичная. Если повезет.
Мальчик задумался, как его можно назвать, но ничего не придумал. Это зависело от тех, которые должны были вернуться. И ему захотелось, чтобы они вернулись поскорее.
— Почему они не зовут меня? — спросил мальчик Лося. — Думают, что я не могу играть? Или они меня не любят?
— Нет, — сказал Лось. — Просто ты в Доме новый человек. Должно пройти какое-то время, прежде чем они к тебе привыкнут. Поначалу так бывает со всеми. Потерпи.
— Сколько времени должно пройти? — спросил мальчик.
— Тебе очень скучно? — спросил его Лось.
На следующий день Лось пришел не один. С ним был мальчик, который никогда не играл во дворе и которого никогда не было видно из окон.
— Я привел тебе друга, — сказал Лось. — Он будет жить с тобой, и ты не будешь скучать в одиночестве. Это Слепой. Делайте что хотите — играйте, беситесь, ломайте мебель, только постарайтесь не ссориться и не жаловаться друг на друга. Комната теперь ваша.