— Дрёпн, — окликнул меня Ворон, — давай раскачивайся сильнее. Нам нужно ещё успеть поиграть в футбол.
— Что? Да мне и так хорошо.
— Ты не понимаешь, — возразил Ворон. — Ты ведь обязана кататься на качелях.
— Обязана кататься?
Ворон показал рукой куда-то вниз, и я увидела знакомое оснащение. Такое же, как в центре энергии.
Я задохнулась от ярости.
— Да вы издеваетесь! Мы что, даже во время отдыха обязаны производить энергию?
— Это идея моей мамы. Когда я был ещё совсем маленьким она, качая меня, вдруг задумалась о том, сколько энергии уходит зря. За свою сообразительность она удостоилась особого признания от Стража дома! Эйрун, которая тогда была Электриком, придумала устройство, и теперь мы не бесцельно отдыхаем, а вырабатываем энергию, даже малыши, — Ворон мотнул головой в сторону качелей для самых маленьких.
— Раз нам
Ворон покачал головой.
— За школу у нас дополнительный еженедельный долг. По пятницам мы катаемся очень долго.
Я люблю качели. Я всегда их любила. Но когда я уселась на доску и оттолкнулась ногами, а счётчик стал медленно крутиться и насчитывать энергию, кататься сразу расхотелось.
— А что, здесь и правда нет ни одного компьютера? — спросила я. — Хоть бы в допотопного «Марио» поиграть!
— Не знаю никакого Марио, — сказал Сёльви и повторил сказанное на языке жестов. — У нас тут не живут итальянцы.
Я расхохоталась. Давно у меня не было повода посмеяться, ведь эти ребята-островитяне шутят нечасто.
Но никто не засмеялся вместе со мной.
Я уставилась на них. И тут я поняла, что никто из них ничего не понял.
— Вы что, не знаете даже про «Марио»? Никогда не играли в компьютерные игры типа «Одиссеи черепашки»? Я, кстати, легко её прохожу.
Но они всё так же молча на меня смотрели.
— И про верблюдов-мутантов ничего не слышали? — завопила я.
Никто из них ни сном, ни духом не знал про верблюдов.
Никто не знал ни одного из двадцати блогеров, которых я назвала, — я пыталась выяснить, подписаны ли на них ребята. Получается, никто из них не смотрел ролики в интернете?
— Ладно, с вами всё понятно. А чем вы занимаетесь в свободное время? Может, хоть музыку слушаете?
И тут мой взгляд упал на глухонемых близняшек.
Ну и глупый же вопрос я задала!
— В общем зале есть музыкальные диски, — серьёзно сказал Сёльви. — Иногда мы устраиваем дискотеку или танцы. Тогда Главный по развлечениям играет на аккордеоне… Бегги Бинго хорошо играл на аккордеоне.
— Вот это да, — сказала я. — Похоже, я тут единственная, кто смыслит в настоящих развлечениях. Ничего себе!
Весь остаток перемены я качалась одна. А они переговаривались на языке жестов и осуждающе на меня посматривали.
Мне нужно срочно выучить этот язык.
После занятий я сбежала в гараж, не попрощавшись ни с кем из одноклассников. Я хотела поскорее забрать Героя. Мама просила меня, чтобы я зашла к ней сразу после школы. Ей хотелось знать, как прошёл мой первый школьный день.
Я не слишком часто заходила в гараж. Там плохо пахло, а бык по имени Фритьёв всё время злобно на меня посматривал. Да и не хотелось мне привязываться к животным, которые обречены.
Я нашла маму в загоне для свиней. На ней были рабочие штаны, а в руках она держала огромную лопату. Мне сначала показалось, будто мама решила заняться зарядкой. В углу стояла музыкальная колонка, и какая-то ритмичная мелодия разносилась над кучей навоза, которую мама, подпевая, сгребала и перекидывала в тележку. Определённо, этой песне было не менее сорока лет. Впрочем, возможно, именно её и слушали мои новые одноклассники.
Мама обернулась и заулыбалась от уха до уха, когда меня увидела. Она подняла лопату, которая была, кажется, размером с неё. Я едва успела отскочить, чтобы меня не забрызгало навозом.
— Постой тут немного в углу, — мама попыталась перекричать музыку. — Свиной навоз хорош. Он такой рыхлый и от него меньше запаха…
Я широко разинула рот, хоть и боялась наглотаться каких-нибудь бактерий. Моя мама, крутой программист, теперь станет специалистом по навозу?
Мама увидела выражение моего лица и с важным видом опустила лопату.
— А знаешь, после всех этих лет, проведённых за компьютером, я наконец вернулась домой.
Я слышала от папы, что посттравматическое расстройство может повлечь за собой тяжёлое психическое заболевание. Но неужели болезнь развивается так быстро?
— Мама, ты всё спутала. Это не у тебя, а у папы тут был дом.
Мама подошла ко мне и стала что-то объяснять про свиней и уборку загона. Я пыталась её слушать, но меня выворачивало от едкого запаха.
— Дрёпн, ты пойми меня. Я нашла здесь своё место. Весь этот стресс городской жизни, эта суета, поиски работы, плата за жильё, вечная стирка и готовка, эти бесконечные школьные проблемы… Здесь всё как-то проще.
— Ты, наверное, хочешь сказать, что здесь тебе больше не нужно готовить и стирать?
Мама не переставала нахваливать чудесную прачечную.
Она улыбнулась.
— Конечно, и это тоже. А что насчёт тебя, дорогая? Ты уже завела друзей?
