- Да какое это имеет значение, во что я верю и что подозреваю? – спросил она устало. В её глазах я увидел ту же мольбу и отчаяние, что и в глазах своего соседа- ветерана. – Авгур тут не поможет. Никакой авгур не может защитить от лемура, задавшегося целью тебя погубить. Но если это и вправду человек… ведь может же человек выдавать себя за лемура?
- Думаю, да. Я сам, правда, никогда не сталкивался…
- Вот почему я попросила Луция обратиться к тебе. Если это человек, ты сможешь мне помочь. Если же нет – если это на самом деле лемур – меня ничто не спасёт. Я погибла. – Она умолкла, кусая пальцы.
- Но преследовал он твоего мужа. Теперь, когда твоего мужа больше нет…
- Ты что, не слушал, что я тебе сказала? Он говорил со мной, он сказал: «Теперь ты». Это были его слова. «Теперь ты!» - Её начало трясти. Луций поднялся и встал рядом. Усилием воли она взяла себя в руки.
- Хорошо, Корнелия. Я попытаюсь тебе помочь. Но прежде мне нужно кое-что знать. Ты сможешь говорить?
Она прикусила губу и кивнула.
- Ты говоришь, у этого призрака было лицо Фурия. Твой муж тоже так думал?
- Да. Он всё время говорил об этом. Каждый раз, когда видел его. В ту ночь оно приблизилось настолько, что Тит ощутил его зловонное дыхание. Он узнал его. Без всяких сомнений.
- А ты сама? Ты говоришь, что видела его лишь прошлой ночью и лишь мельком и сразу же убежала в дом. Ты уверена, что видела Фурия у себя на балконе?
- Да! Его лицо мелькнуло передо мной, но этого было достаточно. Бледное, искажённое, с жуткой усмешкой – но лицо Фурия; не узнать его было невозможно.
- Но ты же говоришь, что он выглядел моложе.
- Да! Его щёки, рот… Что вообще делает лицо молодым или старым? Не знаю. Но хоть и жуткое, оно выглядело гораздо моложе, чем Фурий два года назад, когда он умер. Призрак – или что это было – походил на Фурия, когда тот был безбородым юношей.
- Ясно. В этом случае я вижу три варианта. Может это быть Фурий – не его лемур, а он сам? Ты точно знаешь, что он умер?
- Точнее некуда. – Корнелия снова вздрогнула. Мне показалось, что она чего-то недоговаривает. Я глянул на Луция, который тут же отвёл глаза.
- А брат у него есть? Близнец? Или младший брат?
- Брат у него был, но намного старше. Погиб на войне.
- Вот как.
- Да. Он воевал против Суллы.
- Ну тогда, возможно, у Фурия остался сын? Похожий на отца, как две капли воды?
Корнелия отрицательно покачала головой.
- Нет у него сына. Только дочь, и она ещё совсем маленькая.
- А кто вообще из родных у него остался?
- Вдова, дочь и мать. И ещё, кажется, у него есть сестра.
- А где они теперь?
Корнелия отвела взгляд.
- Я слышала, что после смерти Фурия они перебрались в дом его матери на Целии.
- Итак, – подытожил я, - что мы имеем. Фурий мёртв, братьев у него не осталось, сына у него нет. И всё же у того, кто преследовал твоего мужа, было лицо Фурия. И ты, и твой муж видели это своими глазами.
Корнелия испустила тяжёлый вздох.
- Бесполезно. Какой во всём этом смысл? Я позвала тебя только от отчаяния. – Она прижала ладони к глазам. – Голова разламывается. Настанет ночь, и как мне пережить её? Уйдите, прошу вас. Я хочу побыть одна.
- Что ты обо всё этом думаешь? – спросил Луций, провожая меня до атриума.
- Думаю, что Корнелия напугана до полусмерти, а её муж был напуган до смерти. Не пойму, почему Тит так боялся лемура этого Фурия, если при жизни тот был его другом.
- Не другом, Гордиан, не другом. Тит просто знал его.
Я остановился.
- Луций, мне почему-то кажется, что Корнелия чего-то не договаривает. Ты можешь рассказать всё начистоту? Чем больше я буду знать, тем вернее смогу помочь ей.
Луций засопел, переминаясь с ноги на ногу.
-Ты знаешь, Гордиан, я терпеть не могу сплетен. И что бы ни говорили о Корнелии, она по-своему человек неплохой. Просто немногие знают её так, как я.
Я молча ждал. Он наморщил лоб, почесал лысую макушку и неохотно сказал.
- Ладно. Последние два года дом принадлежал Титу и Корнелии, я говорил тебе. А раньше это был дом Фурия. Два года назад Фурий умер.
- Я так понимаю, Тит и Корнелия не просто купили дом у его наследников?
- Не у наследников. Когда началась война, Фурии приняли не ту сторону. Старший сражался против Суллы и погиб. А потом и младшего казнили, объявив врагом Республики.
- Так, так. Кажется, я начинаю понимать.
- Вижу, что понимаешь. Ты был тогда в Риме?
- Да.
- Тогда ты знаешь, что тут началось, когда Сулла пришёл к власти и заставил Сенат провозгласить его диктатором. Проскрипции…
- Списки на Форуме. Я помню.
- Того, кто попадал в эти списки, уже ничто не могло спасти. Любой, даже раб, мог принести Сулле его голову и получить награду. Головы выставляли перед курией.
- И много же их было, этих голов.
- Фурий попал в эти списки. Его схватили, отрубили голову и выставили её перед курией вместе с остальными.
- Так вот, значит, почему Корнелия так уверена, что Фурий мёртв.
- Именно. Она видела его голову. Насаженную на пику.
- А дом, стало быть, достался Титу и Корнелии?
- Дом был конфискован и назначен к продаже с публичный торгов; Тит и Корнелия купили его.
