Хант подвинулся ближе. Его бедро коснулось согнутой ноги Брайс. Он всмотрелся в бумаги, разложенные у нее на коленях. Брайс смотрела, как его глаза бегают по строчкам. О тепле бедра, коснувшегося ее ноги, она старалась не думать. О крепких мышцах – тоже.
Хант поднял голову. Только сейчас, когда его глаза оказались совсем близко, Брайс увидела, что они совсем не черные, как она думала раньше, а темно-карие.
– Мы идиоты, – сказал ангел.
– По крайней мере, ты произнес «мы». Это обнадеживает.
Он засмеялся, но не отодвинулся. Не убрал свое сильное бедро.
– Внешние храмовые камеры. Они ведь работали в ночь похищения Рога.
– Можно подумать, что умники из Тридцать третьего не проверили это еще два года назад. Они заявили, что отключение первосвета сделало любые записи видеокамер совершенно бесполезными.
– Возможно, мы смотрели не те записи. Камер много. Многое зависит от правильно выбранного поля обзора. Или те, кому поручили просмотр, отнеслись к делу формально. Если той ночью Даника была в храме, почему об этом никто не знал? И почему она сама не сообщила о своем нахождении в храме? Наконец, почему послушница ничего об этом не сказала?
Брайс закусила губу. Честное слово, глаза Ханта потемнели, а его бедро еще сильнее прижалось к ее ноге, словно он устраивал ей проверку: выдержит или уберет ногу.
Ногу она не убрала и хриплым голосом спросила:
– Думаешь, Даника могла видеть похитителя Рога и попыталась это скрыть? – Брайс покачала головой. – Даника такого не сделала бы. Помню, она вообще очень равнодушно отнеслась к краже Рога.
– Не знаю, – пожал плечами Хант. – Давай начнем с просмотра записей видеокамер, хотя это и может кончиться ничем. И дадим посмотреть запись опытным специалистам, способным дать вразумительное заключение.
Хант сорвал шапочку с головы Брайс и снова надел на свою, козырьком назад. Этого ему показалось мало. Он дернул Брайс за косу, после чего сложил руки за головой и стал смотреть матч.
Брайс успела привыкнуть к теплу его ноги и зябко передернула плечами.
– И кто же этот опытный специалист? – спросила она.
Ангел только улыбнулся.
Трехэтажный тир в Лунном Лесу предназначался для особых посетителей: дерзких, опасных и наделенных воображением. Когда-то здесь помещался склад, протянувшийся на четыре квартала вдоль реки Истрос. Склад переоборудовали под тир. Здесь находилась единственная в городе галерея для снайперской стрельбы.
Хант заглядывал сюда регулярно – раз в две-три недели, чтобы не утратить навыков меткой стрельбы. Он приходил глубокой ночью, когда не было никого, кто разинув рот глазел бы на Тень Смерти, и надевал наушники-глушители и военные защитные очки. Дальше его путь лежал по бетонным коридорам в одну из частных стрелковых галерей.
Мысль об этой встрече пришла ему в голову поздно вечером. Утром Джезиба, как назло, нагрузила Брайс работой. Пришлось дожидаться вечера и проверять, появится ли их «добыча». Хант поспорил с Брайс на золотую марку, что это будет татуировочный салон. Она поспорила на две золотых марки, что это будет обшарпанный и заплеванный клуб поклонников авангардной музыки. Но сообщение, полученное ею, привело их сюда.
Снайперская галерея находилась в северном конце здания. Туда попадали через тяжелую металлическую дверь, поглощавшую все звуки. Хант и Брайс взяли по паре электронных наушников-глушителей. Эти устройства заглушали грохот выстрелов, но позволяли слышать голоса друг друга. Прежде чем войти в галерею, Хант обернулся и проверил, что наушники Брайс надеты правильно.
– Наседка, – усмехнулась Брайс, поймав его оценивающий взгляд.
– Не хочу, чтобы в твоих миленьких ушках лопнули барабанные перепонки.
Раньше чем Брайс успела ответить, Хант распахнул дверь. Их встретила оглушительная музыка и трое мужчин, стоящих у стеклянного барьера.
Будущий провинциальный правитель Тристан Флинн целился из снайперской винтовки в картонную мишень, имевшую очертания человеческой фигуры. Мишень находилась в дальнем конце помещения. Человеческое зрение позволяло видеть ее только через телескопический прицел. Флинн полагался не на оптику, а на свое острое зрение фэйца. Возле него стояли Данаан и Деклан Эммет. У каждого на плече висела винтовка.
Рунн кивнул вошедшим, предложив немного обождать.
– Он промахнется, – заявил Эммет, перекрикивая грохот музыки. На Ханта и Брайс он даже не взглянул. – Промажет на полдюйма.
– Пасть закрой, Дек, – пробормотал Флинн и выстрелил.
Эхо выстрела разнеслось по пространству галереи, частично поглощенное звукоизоляционной обивкой потолка и стен. Мишень в дальнем конце качнулась и задрожала. Флинн опустил винтовку.
– Угодил прямо в яйца, придурки, – сказал он, протягивая Рунну ладонь. – Плати.
Рунн бросил на ладонь золотую монету и только теперь повернулся к Ханту и Брайс. Ангел мельком взглянул на друзей принца, успевших снять наушники и очки. Они с Брайс сделали то же самое.
