Кирпичи стены дома были забрызганы кровью. Кровь заливала все ямки и щербины. Часть ее попала на стенки мусорного бака. А рядом с баком застыло кровавое месиво. Казалось, его выплеснули из ведра. Рядом валялась порванная туника.
Звук в ушах Брайс превратился в грохочущий гул. Невольно она попятилась. Замелькали картины двухлетней давности… Даника, взвизгивающая от смеха. Коннор, подмигивающий Брайс. Бронсон, Зак, Зельда, Натали и Торн, буквально катающиеся от смеха…
А через считаные часы… только кровавое месиво. И не стало ни волков, ни счастливых событий, которые делила с ними Брайс. Только груды окровавленных кусков.
Ушли, исчезли, перестали существовать.
На плечо Брайс легла рука. Нет, не Аталара. Хант не сдвинулся с места, стоя с окаменевшим лицом.
Брайс вздрогнула, услышав голос Рунна:
– Тебе незачем это видеть.
Очередное убийство. Очередное тело. Двухлетняя пауза окончилась.
Возле тела склонилась медведьма с волшебной палочкой в руке. Палочка жужжала от концентрированного первосвета. Ведьма пыталась собрать части трупа девчонки-подростка.
Рунн потащил Брайс прочь, к экрану и воздуху за его пределами. Это движение встряхнуло ее. Шум в ушах стих. Брайс вырвалась из хватки брата. Ее не волновало, смотрят на нее или нет. «А его зачем сюда принесло?» – вдруг подумала она. Потом удивилась нелепости вопроса: он же командир фэйского сегмента Вспомогательных сил. Рунн просто обязан быть здесь.
Рунн скривил губы. Взглянув через плечо Брайс, он бросил Ханту:
– Ну и придурок же ты!
Глаза ангела сердито вспыхнули.
– Я предупреждал ее по дороге, какое зрелище ее ожидает… Я сам не думал, что увижу такое, – с оттенком печали прибавил он.
«Он меня предупреждал?» Пока шли сюда, Брайс мыслями находилась так далеко, что едва слышала Ханта. Знакомое «уплывание», словно она нанюхалась «искателя света».
– Брайс – взрослая женщина, – своим привычным тоном продолжал Хант. – Не надо за нее решать, что́ она может и чего не может выдержать. По-моему, ты занимался поисками сведений. Тогда почему ты здесь? Если понадобишься, мы тебе позвоним… маленький принц.
– А иди ты! – огрызнулся Рунн. Вокруг его волос заклубились тени. Это становилось заметным. – Тебе не кажется, что совпадение слишком уж подозрительное? Послушницу убили вскоре после нашего посещения храма?
Брайс не слышала их перепалки. Она вообще ничего не слышала. Потом она повернулась и пошла к концу переулка, не обращая внимания на скопление дознавателей.
– Брайс! – окликнул ее Рунн.
– Оставь меня в покое, – на ходу ответила она.
Зря она позволила Аталару повести ее сюда. Зря полезла за экран. Зря позволила себе воспоминания.
В прошлом она бы отправилась прямиком в танцевальный класс и танцевала бы до тех пор, пока мир вновь не обрел бы прежний смысл. Танцы всегда были ее спасительной гаванью, ее способом выбираться из неразрешимых загадок жизни. Всякий раз, когда у нее был тяжелый день, она шла танцевать.
Вот уже два года, как она не танцует. Она повыбрасывала все свои танцевальные костюмы и пачки. Сумки тоже. Первая была густо покрыта кровью Даники, Коннора и Торна (как и одежда в ее прежней комнате). Вторая, брошенная у двери, приняла на себя кровь Зельды и Бронсона. Кровавые узоры, похожие на…
В нос ударил запах дождя. Хант пошел рядом. И он тоже был воспоминанием из той жуткой ночи.
– Привет, – сказал Хант.
И тогда он тоже сказал ей: «Привет». Тогда она была в совершенно разобранном состоянии. Сущий призрак. А он склонился над нею, посмотрел своими непроницаемыми темными глазами и сказал: «Привет».
Брайс не рассказывала ему, что хорошо помнила ту ночь в их подземелье. Ей и сейчас не хотелось признаваться в этом.
Если с нею заговорят, она взорвется. А если ее вынудят к действиям, она вцепится в кого-то из этих самодовольных фэйцев и…
Перед глазами Брайс появилась дымка. Мышцы свело болезненной судорогой. Пальцы согнулись, словно готовясь вцепиться в чью-то глотку.
– Иди и не останавливайся, – тихо сказал Хант. – Легче станет.
– Отцепись от меня, Аталар.
Ей было невыносимо смотреть на него, на брата, вообще на кого бы то ни было. Если послушницу убили из-за их появления в храме, послав им предупреждение, или потому, что девчонка ненароком видела что-то, связанное с Рогом; если они косвенные виновники ее смерти… Ноги Брайс двигались все быстрее и быстрее. Хант не отставал ни на шаг.
Она не заплачет. Не превратится в ничтожество, всхлипывающее посреди улицы. Не закричит, не вывернет из себя съеденный завтрак или…
Еще один квартал остался позади.
– Я был там… тогда, – вдруг сказал Хант.
Брайс продолжала идти, обдирая каблуки о тротуар.
– Как ты пережила нападение кристаллоса? – задал он новый вопрос.
Наверное, это вид останков послушницы заставил его вспомнить ту ночь и донимать ее вопросами. В самом деле, как жалкая полукровка уцелела, когда полноценные ваниры не смогли?
– Я не пережила, – промямлила Брайс. Она пересекла перекресток, обойдя застрявшую машину. – Эта тварь убежала.
– Но кристаллос пригвоздил Микая к земле и вспорол ему грудь.
