Пока прорицательница не предсказала, что я стану королевой, мне даже в голову не приходило, что такое возможно. Я фейри лишь наполовину, с обычными ушами и без магических способностей. Правда, обладаю странным даром, хоть это и не волшебство, – меня любят все животные этого мира. В то время как чистокровные – ненавидят. Кроме одного. Принц Данте завладел моим сердцем с тех пор, как подарил мне первый поцелуй.Я отправилась в путешествие, чтобы выполнить условие предсказания – освободить пять железных воронов – и возглавить королевство вместе с Данте. Если бы только прорицательница предупредила меня, какого «демона» я выпущу в мир. И что стану им одержимой…
Olivia Wildenstein
HOUSE OF BEATING WINGS
Copyright © 2022 by Olivia Wildenstein All rights reserved.
Altezza – Ваше Высочество
bibbina mia – моя малышка/мой малыш/мой ребенок
buondia – добрый день /доброе утро
buonotte – спокойной ночи/доброй ночи
buonsera – добрый вечер
Caldrone – Котел
castagnole – обжаренное тесто, обвалянное в сахаре/кастаньоли[1]
corvo – ворон
cuggo – двоюродный брат
cuori – сердце
dolcca – малышка
dolto/a – дурак/дура
furia – гнев/фурия/ярость
generali – генерал
Goccolina (Гокколина) – капля дождя/дождинка
grazi – спасибо
– ina/o – ласкательное окончание к именам
Maezza – Ваше Величество
mamma – мама
mare – море
mareserpens – морской змей
merda – дерьмо
micaro/a – моя дорогая/мой дорогой
mi cuori – мое сердце
nonna (Нонна) – бабушка
nonno (Нонно) – дедушка
pappa – папа
pefavare – пожалуйста
picolino/a (Пиколина) – малышка/крошка
piccolo – маленький/маленькая
princci – принц
santo/a – святой (-ая/-ое)/ священный (-ая/-ое)
scazzo/a – уличный мальчишка/беспризорник (девчонка)/беспризорница/девка
scusa – прошу прощения/извини
serpens – змей
soldato – солдат
tare – земля
tiuamo – я люблю тебя
tiudevo – я должен(-а) тебе
zia – тетя
adh (aw – а) – небо
ah’khar (uh-kawr – а-кав) – возлюбленный (-ая)/любимый (-ая)
alo – привет
beinnfrhal (benfrol – бенфрол) – горная ягода
bilbh (beehlb – бихбл) – тупой (-ая)/глупый (-ая)
behach (bey-ock – би-ок) – маленький (-ая)
chreach (krehawk – крехауок) – ворон
cuoco (coowocko – кувоко) – кокос
ean (een – ин) – птица
foca – проклятие
ha – я
Ionnh (yon – ян) – мисс
khra (kraw – крау) – любовь
Morrgaht (morr-got – морргот) – Ваше Величество
mo – мой/моя/мое
o ach thati – о, но ты делаешь (являешься)
ri – король
rahnach (rawnock – раунок) – королевство
rih bi’adh (reebyaw – рибиo) – Король Небес
siorkahd (shuhrkaw – шуркау) – круг
ta (taw – тау) – да
tach (tock – ток) – этот/эта/это
thu (too – ту) – ты
thu leamsa (too leh-awmsa – ту ле-авмса) – ты моя/ты мой
Tach ahd a’feithahm thu, mo Chreach (tok add a faytham thoo, mo kreyock – ток эд фэйтам ту, мо крейок) – Небо ждет вас, мои вороны
Коста Реджио выигрывает войну и становится первым королем-фейри Люче.
Сын Косты, Андреа, который правил Люче на протяжении последнего столетия, убит.
Сын Андреа, Марко, приходит к власти, выигрывает битву и становится королем Люче.
Расправь свои крылья и лети, Behach Ean.
Узкие каналы порой кажутся стеклянными стенами, нерушимыми и непреодолимыми, разделяющими два мира: землю чистокровных фейри и землю полукровок. Даже океан, омывающий двадцать пять островов, подчеркивает разницу: в Тарекуори вода теплая, сверкающе-бирюзовая, в Тарелексо – холодная, грязно-сапфировая.
Я родилась не на той стороне канала, на темной стороне, в доме полукровок. Котел запрещает вслух нас оскорблять, а фейри из высшего общества гордятся своим прекрасным воспитанием, но я слышу, какими словами они нас оскорбляют, потому что нас разделяют каналы – не стены.
Голоса торговцев разносятся над артериям Люче, скользя по стеклянным мостам, увитым цветочными гирляндами, прежде чем разлететься по переполненному портовому рынку.
– Мы возьмем килограмм этих слив. – Бабушка, которую мы все зовем Нонной, кивает на деревянный ящик, наполненный желтыми фруктами размером не больше шарика.
Ее корзина доверху заполнена привозными продуктами, которые она планирует замариновать, чтобы нам хватило на две недели. В отличие от чистокровных, у нас не хватает денег, чтобы делать покупки на тарекуоринском рынке два раза в неделю.
– Мама предпочитает зеленые, Нонна, – говорю я. Моя корзина тоже полна, очень хочется ее поставить, но я опасаюсь спрайтов[6] – они те еще воришки, известные своей быстротой. Я повсюду за ними гонялась, но у них есть одно несправедливое преимущество – крылья. Пусть и не высоко, но они летают, а я нет.
– Ты любишь маленькие, Гокколина, к тому же для них нам не понадобится сахар.
Я смотрю на бабушку. У нее гладкое, как и у моей матери, лицо без намека на морщины и глаза цвета мха. У меня глаза фиолетовые.
– Не понадобится или нет денег?
Нонна зажмуривается на секунду.
– Не понадобится, Гокколина.
Насыпать бы ей соли на язык и заставить говорить правду, но я и так знаю, что она лжет. Пусть Нонна и чистокровная фейри, но по ее лицу видно, когда она пытается защитить меня от какой-либо жестокой правды, и магия тут бессильна.
