— Мнѣ говорили, что свадьба будетъ скоро; но когда именно, я не знала.
— Неужели? Какъ это, милая Эдиѳь, ты до сихъ поръ не сказала этого Флоренсѣ?
— Развѣ я должна была это говорить? — возразила дочь съ такою колкостью, что Флоренса почти не узнала ея голоса.
Дѣлая другую, болѣе счастливую диверсію, м-съ Скьютонъ объявила Флоренсѣ, что м-ръ Домби сегодня будетъ y нихъ обѣдать и, безь сомнѣнія, съ пріятнымъ изумленіемъ увидитъ свою дочь. М-ръ Домби совсѣмь не знаетъ о пріѣздѣ Флоренсы, и Эдиѳь все это устроила безъ его вѣдома, когда онъ поутру занимался дѣлами въ Сити. Пріятный, очень пріятный сюрпризь. Флоренса слушала эту вѣсть съ величайшимъ волненіемъ, которое возросло, наконецъ, до такой степени, что за часъ до обѣда, не смѣя и не зная, какъ объяснить сущность дѣла, не компрометируя м-ра Домби, она чуть не рѣшилась убѣжать домой пѣшкомъ, безъ шляпы и безъ шали, лишь бы только не встрѣтиться съ грознымъ отцомъ.
Но Флоренса не ушла домой. Блѣдная, испуганная, не переводя духу, она осталась пригвожденною на мѣстѣ подлѣ м-съ Скьютонъ. Она не смѣла подойти къ окну изъ опасенія, что отецъ увидитъ ее черезъ улицу, не смѣла перейти въ другую комнату изъ опасенія встрѣтиться въ дверяхъ съ м-ромъ Домби. Клеопатра между тѣмъ болтала вздоръ, и бѣдная дѣвушка принуждена была поддерживать разговоръ. Вдругъ послышались на лѣсницѣ мѣрные шаги ожидаемаго джентльмена.
— Онъ идетъ, — закричала Флоренса въ страшномъ испугѣ. — Онъ идетъ!
Клеопатра, любившая съ дѣтскимъ увлеченіемъ театральные эффекты, немедленно толкнула Флоренсу за софу, накрыла ее шалью и, такимъ образомъ, приготовила очаровательный сюрпризъ для м-ра Домби. Это было сдѣлано съ такою быстротою, что Флоренса тутъ же услышала среди комнаты страшные шаги.
М-ръ Домби церемонно поздоровался съ тещей и нареченной невѣстой. Отъ звуковъ его голоса судорожный трепетъ распространился по всѣмъ членамъ бѣдной дѣвушки.
— Любезный м-ръ Домби, — заголосила Клеопатра, — подойдите ко мнѣ и скажите пожалуйста, все ли въ добромъ здоровьи ваша прелестная Флоренса?
— Флоренса совершенно здорова.
— Она теперь дома?
— Дома, — сказалъ м-ръ Домби.
— Увѣрены ли вы, любезный м-ръ Домби, что меня не обманываете? Не знаю, какъ приметъ мои слова ваша милая невѣста; но мнѣ, право кажется, что вы самый фальшивый человѣкъ, любезнѣйшій мой м-ръ Домби.
Вѣрно и мѣтко. Фальшивѣйшій изъ людей былъ пойманъ въ эту минуту въ самой ужасной фальшивости, о какой только слышали когда-либо человѣческія уши. М-съ Скьютонъ сорвала шаль, и Флоренса, блѣдная и трепещущая, явилась предъ отцомъ, какъ страшный призракъ изъ за могилы. М-ръ Домби остолбенѣлъ. Преодолѣвая внутреннюю бурю, Флоренса бросилась къ нему на шею, поцѣловала его въ щеку и, не помня болѣе себя, побѣжала изъ комнаты. М-ръ Домби посмотрѣлъ вокругъ себя, желая потребовать отъ кого-нибудь объясненій загадочной сцены; но Эдиѳь выбѣжала также за Флоренсой.
— Согласитесь же, м-ръ Домби, — начала м-съ Скьютонъ, — вы никогда не были какъ пріятно изумлены во всю вашу жизнь: не правда ли?
— Точно, я никогда не былъ такъ изумленъ.
— Такъ пріятно изумлены, любеный м-ръ Домби; не скромничайте, — возразила м-съ Скьютонъ.
— Точно… я радъ видѣть здѣсь Флоренсу, — сказалъ м-ръ Домби.
— Конечно, вы удивляетесь, какъ она очутилась здѣсь, — спросила м-съ Скьютонъ, — не правда ли?
— Эдиѳь, можетъ быть…
— О хитрецъ! о лукавый, лукавый человѣкъ! — воскликнула м-съ Скьютонъ, погрозивъ пальцемъ, — такихъ вещей не должно бы разсказывать. Мужчины такъ тщеславны и такъ безбожно издѣваются надъ нашей слабостью; но моя душа, вы знаете, открыта передъ всѣми… хорошо, сейчасъ!
Послѣднія слова относились къ одному изъ высочайшихъ лакеевъ, возвѣстившему объ обѣдѣ.
— Но Эдиѳь, любезный мой Домби, привязана къ вамъ, можетъ быть, больше, чѣмъ вы заслуживаете; она безпрестанно хотѣла бы быть вмѣстѣ съ вами. Напрасно я говорю: "нельзя этого требовать, мой другъ, y м-ра Домби есть другія дѣла", — ничего не хочетъ слышать. И вотъ поэтому она желаетъ имѣть хоть кого-нибудь, кто бы напоминалъ ей васъ. Не правда ли, какъ это натурально! Нынѣшнимъ утромъ ничто не могло ее удержать отъ поѣздки за нашей милой Флоренсой! Не правда ли, какъ это очаровательно!
Здѣсь м-съ Скьютонъ остановилась въ ожиданіи отвѣта, и м-ръ Домби отвѣчалъ:
— Чрезвычайно очаровательно!
— Благослови васъ Богъ, любезный мой м-ръ Домби, за такую правоту сердца, — воскликнула Клеопатра, крѣпко пожимая его руку. — Но я уже принимаю слишкомъ серьезный тонъ. Сойдемте теперь внизъ и посмотримъ, что эти люди приготовили намъ къ обѣду.
Флоренса и Эдиѳь были уже въ столовой и сидѣли рядомъ. При входѣ м-ра Домби Флоренса хотѣла встать, чтобы уступить ему свой стулъ, но Эдиѳь положила руку на ея плечо, и м-ръ Домби долженъ былъ помѣститься на противоположномъ концѣ стола.
М-съ Скьютонъ приняла на себя трудъ поддерживать весь разговоръ. Флоренса сидѣла молча и едва поднимала глаза, не совсѣмъ осушенные отъ слезъ, a Эдиѳь ограничивалась только отвѣтами на вопросы.
