Деревенские расселись и приготовились слушать. Я молчал, разглядывал крестьян, а они сидели и нервничали. Первыми нарушить тишину не решались. Оно и правильно. Нечего поперед барона рты разевать. М-да. Надо же было такое подумать? Привыкаю к личине дворянина? Похоже на то.
– Вижу, ваши дети не хотят становиться мужем и женой. Так это? – обратился я к молодым.
– Да! – тут же ответила Нира с пылом, заставив поморщиться мужчин.
– Бурко, чего молчишь? – спросил у насупленного парня и тут же потребовал, пока его отец не вмешался: – Отвечай.
– Не хочу, – сказал и моментально схлопотал от папаши смачный подзатыльник.
– Да как ты смеешь перечить родительской воле! – не выдержал Сурам. – Наследства лишу, негодник.
– Погоди, погоди, уважаемый, – пришлось прервать назревающий скандал, который сам же и спровоцировал.
– Да как тут погодить? Да где это видано, чтобы дети супротив наказа шли? – не унимался овцевод, видать, происходящие на его глазах перемены изрядно вывели патриархально настроенного мужика из равновесия.
– Не судите, да не судимы будете, – выдал я известную на родине фразу, заставив присутствующих проникнуться мудростью владетеля. Они, похоже, прониклись. Вон как вытаращились, впитывая простой смысл высказывания. Далеко пойду, однако. Надо почаще всякие умные и поучающие земные поговорки и цитаты использовать. Глядишь, и нарекут – Грав Мудрый. – Вот, многоуважаемые… Не хотят детки судьбу на двоих делить. – Я развел руками.
– Мы живем по заветам предков и Светлых Богов, а ежели каждый начнет своенравие показывать сызмальства, то ремнем таких обиходить требуется. Сразу и стерпится, и слюбится. – Кожаный ремень в руках Парна угрожающе взметнулся вверх.
– Наказывать будешь в другом месте! – остановил я готового применить силу охотника. – Нира попросила заступничества, и она его получит. Или вы не согласны?
Красноречивое сопение мужиков показало – не согласны, но противиться воле баронской духу не хватает. Захотелось легкомысленно ухмыльнуться, но сдержался. Наоборот – нахмурился. Хороший владетель должен выглядеть серьезным, когда дело касается подданных.
– Вижу, возражений нет, а потому слушайте дальше. – И уже у парня спросил: – Бурко, чего ты хочешь?
Тот замялся, но взял себя в руки и еле слышно произнес:
– Мир хочу посмотреть.
– Ну а наша красавица чего ждет от жизни? – повернулся я к девушке.
– Графиней хочу стать. – Нира с вызовом обвела присутствующих взглядом. Выглядела при этом настолько потешно, что удержаться от смеха мне не хватило сил, а у Парна не хватило выдержки. Наплевав на приличия, тот попытался перетянуть дочку ремнем по спине, но она ловко увернулась и отскочила в сторону с криком: – Все равно графиней стану!
– Графиней?! Поди-ка сюда! Запорю! – заорал Парн, пытаясь дотянуться. Ремень со свистом рассек воздух. Мимо.
– Хватит! – давясь смехом, попросил охотника. – Сядьте обратно!
После окрика беготня прекратилась и все вернулись на места, поглядывая друг на друга. У одного взгляд многообещающий, у другой в глазах плескалось возмущение и непокорность.
– Последний вопрос. Какое приданое за Ниру даете?
– Договорились на четырех овец, двух коз, утварь хозяйскую и шкуру саблезуба, – чуть подумав, признался Парн.
Негусто, но тут надо учитывать, что Ниру выдают за наследника крупного, по местным нищим меркам, хозяйства. Можно дальше ничего не спрашивать. И так все ясно. Овцевод увеличивает поголовье скота и ценность в виде шкуры, за которую, при удаче и наличии в пределах досягаемости скупщиков, можно получить десяток серебряных гербов. А охотник пристраивает ветреную дочь в дом, где ее обеспечат всем необходимым.
– Мое решение таково. – Я выдержал театральную паузу и еще раз рассмотрел жениха: высокий, мускулистый, ладони-лопаты. Силу такого бугая не использовать грех. По виду умом вроде не блещет, но не факт. На мой дилетантский взгляд, чтобы в строю сражаться, ум не требуется, главное, в нужный момент копьем ткнуть или мечом махнуть. Тем более в граничных с мутантами землях люди с детства приучаются использовать колюще-режущие предметы не только против баранов. – Бурко поступает в дружину и после обучения станет охранять караваны с нашими товарами. Денег заработает, пользу принесет, заодно и мир посмотрит. Такой красавец найдет себе жену по вкусу, потом, глядишь, за службу удалую собственной землей одарю. Как такое предложение?
– Да оно-то, конечно… Только вдруг убьют сына? – высказал опасение Сурам.
– Его и здесь могут убить. Забыли про темных тварей? – пришлось ему напомнить.
– Согласен я, – подал голос Бурко.
Я тут же поспешил закрепить достигнутый успех, пока не начался очередной конфликт поколений:
– Отлично. Завтра с утра найдешь десятника Фиша. Он скажет, что делать. Понял?
– Да, господин барон. Как тут не понять, – заерзал на лавке теперь уже не крестьянин, а рекрут моей дружины и виновато покосился на отца. Сурам демонстративно не смотрел в его сторону.
Бедный парень. Сегодня ему придется выслушать самую длинную нотацию от родителей.
