Однажды в детстве я ошпарился кипятком. Не удержал горячую кастрюлю и вылил содержимое на себя. Часть живота мгновенно покрылась пузырями. Впечатления тогда получил незабываемые, но они ничто по сравнению с ощущениями от нынешних ожогов. Помимо отслоения кожного покрова, что уже само по себе больно, расплавленные капельки стекла въелись в плоть и в ней застыли. Осознание того, что их придется доставать, энтузиазма не прибавляло. Самое поганое, что лекарский опыт Хитреца больше напоминал навыки экзекутора. Он схватил мою ногу, осмотрел, надавил пальцами в несколько мест на стопе и голени и, закончив с этим, бросил фразу, от которой сразу сделалось дурно.
– Терпите, – сказал и вынул нож.
Я только успел возмущенно вякнуть:
– Обезболивать не будешь? Ты же колдун!
Бран посмотрел недоумевающе и, прежде чем кончиком кинжала приступить к «хирургическому вмешательству», ответил:
– Я нажал на необходимые точки. Болевого шока не будет, а вот то, что вы, барон, ничего не почувствуете, обещать не могу. И лучше не дергайтесь, чем быстрее я вытащу, тем скорее приступлю к восстановлению.
Не знаю, как я умудрился не шевелиться и не вздрагивать. Минут десять колдун издевался надо мной, прежде чем разогнулся и произнес:
– С этим закончил. Теперь приведу энергетику в норму и только потом займусь наращиванием новой кожи. – И, не дожидаясь комментариев (да и что я мог сказать, кроме матов?), начал рыться в своей сумке. Он достал кожаный сверток, развернул, и в руках его оказался пучок какого-то гербария.
– Полежите немного. Я сделаю отвар. Вашему телу потребуется много энергии.
– Бинтовать раны не надо? Там же, наверное, после твоего ковыряния крови натекло.
Меня очень волновал этот вопрос. Можно, конечно, и самому глянуть, да с детства не люблю кровь. Не то чтоб от ее вида, словно барышня, в обморок падаю, но приятного, согласитесь, мало. Особенно когда течет из собственных ран.
Бран уже на полпути к хлипкой двери, не оборачиваясь, обронил:
– Если почувствуете, что под вами стало мокро от крови, тогда кликните. Так и быть, найду чистые тряпицы. – И, посмеиваясь, покинул комнату.
Что за жизнь! Издевается еще!
Не выдержав, я все-таки посмотрел, что там.
М-да. На посеревшую от времени простыню натекло немного, но и не пару капель. Тут, главное, заразу какую не подхватить. Занесу грязь, и все – заражение. А там и до гангрены недалеко. Хитрец утверждает, что вылечит быстро, но… Терзают меня смутные сомнения. Я же никогда не видел раньше, как тут врачуют похожие повреждения. Работа Корниса не считается. Он, как бы это помягче сказать, еще не проявил свои таланты должным образом. Ну, подлечил меня и свои переломы. И что? Это совсем другое. Или нет? Ох эта магия! Вроде и видел не раз ее проявления. Даже у самого имеются кое-какие способности (толку от них пока, правда, никакого), а сомнения гложут. И дом этот навевает неприятные ощущения. Не дом, а свинарник какой-то.
Бран отсутствовал недолго. Кровью истечь за такой срок при всем желании я бы не успел, если, конечно, вены себе не резать. Он присел на край кровати, протянул глиняную кружку с горячим питьем внутри и заставил выпить. На вкус отвар оказался гадость гадостью, но я стоически перенес и это издевательство. Лишь убедившись, что все выпито до последней капли, Хитрец приступил к долгожданному излечению.
Изначально я полагал, что процесс будет выглядеть примерно как не раз видел в исполнении Корниса: пасы руками, редкое непонятное бормотание, разливающееся тепло по телу и легкое покалывание. Бран же в первую очередь заставил меня раздеться донага. И даже помог аккуратно стянуть штаны (вот чего не ожидал от него, так это проявления заботы!), чтобы неловкими движениями не потревожить порезы и ожоги. Оказавшись нагишом, я невольно поежился от холода. В доме отсутствовала печь как таковая, а обогревательная конструкция, находящаяся в соседнем помещении, никак до нее недотягивала. Максимум неказистая буржуйка, сложенная из камня. Жара от нее едва хватало на обогрев одной комнаты и приготовление еды. Сюда тепло доходило, но с ощутимыми потерями. В общем – низкий КПД на лицо.
Меж тем измененный достал флягу емкостью примерно в четверть литра и кисточку.
– Что ты собираешься делать? – заинтересованно спросил у мутанта.
– Буду рисовать на теле знаки, – ответил Хитрец, срывая с фляги крышку. Воздух мигом наполнился неприятным запахом.
– И? – намекнул ему, что неплохо было бы получить более детальное объяснение.
– Сейчас сами увидите.
