– Оставайся, но тогда ты не получишь долю от золота, отобранного у гильдии. Зачем мертвецу деньги?
– Сколько дадите, ваша милость? – сразу встала в стойку женщина.
– Двадцатую часть, – предложил я и услышал, как Хома возмущенно засопел. Остальные отреагировали сдержаннее.
– Э-э… А много это?
– Сейчас с Зуримом и выяснишь. Берите мешки, высыпьте содержимое, отсортируйте, пересчитайте и упакуйте обратно компактнее. Заодно получишь представление, много двадцатая часть или мало. Задача ясна?
– О да, ваша милость. – Долора теперь просто жаждала действий. Она схватила молодого механика и силой потащила к мешкам с добычей. Чего еще женщине надо? Покопаться в огромном «кошельке», представляя, что можно накупить на все золото.
– Десятник, Хитрец, пойдемте во двор, пошепчемся, – приказал я, вставая с места.
Фиш чувствовал себя чрезвычайно неловко перед господином. Как ни крути, а молодой Ласкон заслуженно бранился. Не стоило соваться в воровское логово без тщательной подготовки, надеясь лишь на удачу и непроверенное мастерство колдуна. Им несказанно повезло, что выбрались без потерь и с прибытком. Теперь десятник понимал это со всей отчетливостью, и от осознания произошедшего на душе было муторно.
Но каков барон, а? Фиш не переставал удивляться тому, как резко возмужал господин и проявляет мудрость не по годам. И не скажешь, что всего несколько месяцев назад жил дурак дураком. Видимо, боги после стольких лет несчастий, наконец, благоволят роду Ласконов. А благодать на господине обязательно должна положительно отразиться и на жизни подданных.
– Итак, господа, – взял слово барон, когда все очутились во дворе и спрятались от моросящего холодного дождика под навесом с поленьями для растопки печи. – Теперь расскажите о том, о чем умолчали.
Десятник недоуменно вскинул брови, не понимая, что происходит. Вроде бы все поведали как на духу. Но, заметив кривую ухмылку Брана Хитреца, припомнил: «Точно! Кристалла управления из особняка воровского я так и не видел! Ай да Хитрец!.. Не зря прозвище получил. Но мутант в своем праве. Трофеи магические завсегда только маги и делили промеж собой».
– Что вы хотите услышать, ваша милость? – вежливо поинтересовался колдун.
– Не увиливай, Хитрец. Ты сам говорил, что убил мага. Тот наверняка имел при себе магические побрякушки, вдобавок ты докладывал о сторожевом заклинании, а оно без регулярной подпитки извне и контроля долго продержаться не может. Значит, был кристалл управления, и я никогда не поверю, что ты не попытался столь нужную вещь прихватить с собой. Где он?
– Да, я нашел в подвале кристалл, – признал Бран. – Он мой по праву. Добытые в бою Вещи Силы всегда достаются только тем, кто способен их использовать. Это непреложное правило соблюдают как люди, так и измененные.
– Ты запамятовал. Я тоже обладаю Силой, пусть и иного свойства. К тому же я руководитель похода, а ты подчиняешься и советуешь, и вместе мы действуем во благо баронства и Леса. Забыл? Лично я на кристалл, как на трофей, добытый тобой в бою, не претендую. Тем не менее о его наличии и возможностях, которые он предоставляет обладателю, ты просто обязан был сообщить, чтобы в будущем при планировании рейдов, обороне или принятии иных мер, необходимых для защиты наших интересов, учитывались ВСЕ имеющиеся средства. Я отчетливо выразился?
– Да, ваша милость. – Колдун с уважением поклонился. – Обещаю. Подобное больше не повторится.
У Фиша от всего услышанного и увиденного в груди потеплело от гордости за своего господина. Как поставил на место зарвавшегося мутанта!!! Любо-дорого посмотреть.
– Я что-то еще должен знать?
– С мага снял два защитных амулета и один атакующий. Все разряжены, механические активаторы отсутствуют, поэтому простые люди воспользоваться ими не сумеют, – отрапортовал Хитрец, без обычных покровительственных ноток в голосе.
– А у меня получится?
Бран задумался на какое-то время:
– Оперировать стихиями напрямую вы не способны, поэтому и активировать амулеты, созданные магами стихий и колдунами, вам будет затруднительно. Но не невозможно. Такие, как вы, одаренные только внутренней Силой, откровенно слабо воздействуют на амулеты и артефакты, особенно на расстоянии. Но у вас есть другое преимущество… даже несколько.
– Какие? – жадно спросил молодой Ласкон. Фиш тоже от любопытства навострил уши.
– Хм… Разговор повернул в неожиданную сторону и не ко времени. Вы действительно желаете знать это сейчас?
– Да.
Хитрец тяжело вздохнул и обратился к десятнику:
– Фиш, лучше тебе отойти.
– Ваша милость? – вопросил десятник.
– Так все серьезно? – Барон посмотрел на измененного.
– Более чем.
Было видно, как Грав Ласкон принимает для себя непростое решение, хотя Фиш знал, что прикажи ему господин, и он безропотно и без обид уйдет.
– Пусть останется. Если вообще никому не доверять, то жизнь превратится в стезю одиночества, и я не хочу идти по ней совсем один.
