А Семен искал транспорт, чтобы отправить на нем товарищей в этот дом с детьми. Ему удалось договориться со старым лосем, который хорошо знал туда дорогу. Кабаны принесли несколько мешков из-под картошки, в которых и предстояло сделать неблизкое путешествие игрушкам. Иностранная кукла возмутилась сначала, что в таких условиях придется покидать жилище, но потом смирилась и она. Все было готово к отъезду. И естественная грусть поселилась в эти последние дни в жилище.
Вот остановился тигр у стеллажей, он их делал сам, погладил один столбик, другой, вздохнул и направился на улицу. Вот принц остановился у ворот. Он потрогал свою шпагу и осмотрелся. Тут происходило решающее сражение, которое закончилось победой. В этом и его была немалая заслуга. Грузовичок и тот остановился у края поляны и поморгал кому-то фарами. И так все что-то вспоминали, о чем-то жалели.
Утром игрушки просыпались неохотно. Завтра они отправятся в путь. Хотелось подольше понежиться в привычной уже постели.
— Подъем! — скомандовала кукла Катя, — хватит нежиться, пора за дело приниматься.
— Какое еще дело? — удивилась говорящая кукла.
— После обеда поставите тут свой спектакль. Это будет у вас генеральная репетиция, — сказала Катя.
И это как-то оживило и вдохновило всех. Даже грусть куда-то на время улетучилась.
— А кто будет в зрительном зале? — шутливо спросил клоун.
— Не переживай, зрители будут, — ответила ему Катя.
Она увидела синичек и попросила их объявить всем, что игрушки покидают навсегда этот дом, а на прощание хотели бы показать всем свой спектакль. Зрителей на поляне обралось столько, что, как говорят, яблоку некуда было упасть.
И вот вышли артисты, и начался спектакль. Он был про то, как когда-то игрушки совершили побег из дома, как они добрались до этих мест, как строили свой дом. Были в этом спектакле и сцены праздников, которые с особым восторгом воспринимались зрителями.
— Заяц, заяц, это ведь ты со своей зайчихой стоишь и на зайчат любуешься, — говорил зайцу лис.
— А ты что, себя не узнал? — отвечал заяц, — вон ты со своими лисятами на елке отплясываешь кадриль.
И такие реплики слышались со всех сторон. Узнавали себя птицы, которые спасались от холода, бобры, которые помогали с заготовкой дров, даже лось узнал себя в одном из эпизодов. И всем было приятно сознавать, что их добрые дела в этом доме игрушек помнят.
Когда закончился концерт, долго не расходились зрители, да и артисты не спешили удалиться в жилище. Они желали друг другу хорошей жизни, чтобы все в ней задуманное сбылось.
— Какая уж тут хорошая жизнь? — ворчал лис, — теперь мне во всех зайцах сосед видится, хоть бросай охоту на них.
— И не говори, — вторил ему заяц, — я вчера думал, что это ты поздороваться со мной хотел, решил подойти к тебе поближе, а потом еле убежал от незнакомого лиса.
— Кто же нас зимой от трескучих морозов теперь спасать будет? — тараторили синички, — как жаль, что вы покидаете нас.
Наконец гости разошлись. Оставшись одни, игрушки уселись на поляне в кружок.
— Мне кажется, что мы покидаем этот дом навсегда, — сказал принц, — больше мы никогда сюда не вернемся. На прощанье я хотел бы взять с собой на память вот эту щепочку от ворот нашего дома.
Он раскрыл ладонь, и все увидели в ней маленькую щепочку.
— Пусть она меня согревает и оберегает так же, как согревал и оберегал наш дом.
И всем захотелось тоже что-то взять на память. И только иностранная кукла не захотела ничего брать.
— Я хочу жить новой жизнью, пусть ничто мне не будет напоминать о жизни прошлой, — пояснила она свое решение.
Не всем это понравилось, но осуждать ее никто не стал. Пройдет время, и она, может быть, не раз еще пожалеет об этом.
Потом все говорили о будущей жизни, о том, что каждый бы хотел в ней иметь. И все сводилось к одному выбору, продолжить и дальше всем коллективом выступать на сцене. Уже слышались предложения о новых спектаклях, интересных ролях, о всевозможных турне по этой прекрасной земле. Эти разговоры поднимали настроение, вселяли надежду на хороший исход дела.
Спали последнюю ночь игрушки хоть и тревожным сном, но утром они бодро вставали и выходили из домика. Лось и два молодых лосенка уже пришли. Дядя Миша готовил мешки для погрузки игрушек на лосей, Катя разные ленточки и бечевки для их привязи, а Семен прохаживался перед воротами.
— В добрый путь, — говорила Катя товарищам, обнимая при этом каждого на прощание.
— Первый раз меня в жизни провожают в дорогу, как положено, — произнес клоун, забираясь в мешок.
Иностранная кукла расчувствовалась, обняла Семена и дядю Мишу, а Катю не просто обняла, она долго не выпускала ее из своих объятий.
— Ну, хватит, хватит, — разнял их Семен, — может еще и свидитесь.
А говорящая кукла не могла забраться от волнения в мешок. Она зацепилась за край и повалилась на землю. Подошел медведь и помог ей забраться в мешок. Он, как обычно, поворчал на нее, а потом погрузил мешки на лося.
— Вы уж довезите их без приключений, — попросил Семен старого лося, — счастливой вам дороги.
