У Алекса есть план. У него всегда есть план. Даже в этой чудовищной, полной несправедливости, ситуации он полон идей. И он заражает своими идеями меня.
Кажется, всё случилось только вчера, но прошёл уже месяц. Один из самых непростых месяцев в моей жизни, хотя теперь я уверена, что присутствие рядом этого конкретного мужчины скрасило каждую секунду горя, которое не отпускало меня.
Сегодня утром я проснулась раньше Алекса. Едва ли не впервые — проснулась не от кошмара. Прислушалась к своим ощущениям и поняла, что, кажется, пришло время двигаться дальше. Конечно, я не чувствую себя исцелившейся полностью, но достаточно окрепшей для этого.
Я тихо выскальзываю из постели, прикрываю дверь спальни, тихо ступаю по паркету, стараясь не разбудить Алекса. Иду прямиком в кухню и затеваю готовку.
К моменту, когда за спиной слышатся торопливые шаги, передо мной уже целая дюжина румяных блинчиков с творожной начинкой.
— Аль? — с неуверенностью зовёт Алекс. — Как ты себя чувствуешь?
Я заканчиваю сворачивать очередной блин, вытираю руки и подхожу к мужчине.
— Доброе утро, родной, — говорю с улыбкой, — я приготовила завтрак. Ты встал вовремя, а то я уже такая голодная!
Алекс внимательно смотрит мне в глаза, изучающе блуждает взглядом по лицу, бегло пробегается по телу, но я вижу, что напряжение не торопится покидать его.
— Как ты думаешь, мы успеем подготовиться к свадьбе за две недели? — закидываю руки на крепкие мужские плечи, встаю на цыпочки, шепчу в самые губы: — Страсть как хочется стать уже твоей женой.
Удивление лишь на мгновение вспыхивает в его глазах, но тут же приходит умиротворение. Он усмехается:
— Я ничего не отменял, Аль. Выбирай платье.
Мужская ладонь ложится на мою талию, соскальзывает на поясницу, ныряет под резинку пижамных шорт.
— Даже трусики не надела? — шепчет севшим голосом.
Его пальцы скользят внутрь ложбинки, массируя тугой вход. Я подаюсь вперёд, натыкаясь животом на стальную твёрдость возбуждения.
Не представляю, как он так спокойно держится? Как? Если у меня от желания темнеет в глазах и кружится голова?
И он снова читает мои мысли и даёт самое необходимое именно в данную секунду: подхватывает на руки и несёт в гостиную, к камину.
— Соскучилась, девочка моя? Хочешь меня, малышка? — бормочет, пока руки расправляются с никчёмной одёжкой. — Боже, ты не представляешь, как я скучал по тебе, Алечка! Как же я ждал, когда ты поправишься, когда вернёшься ко мне!
Когда его губы смыкаются вокруг соска, я всхлипываю, поднимая бёдра ему навстречу. Его пальцы везде, возносят меня на вершину, выше, до самых небес! И я взрываюсь неприлично быстро от эти точечных касаний по влажности.
Губы мужчины спускаются ниже. Обводят пупок, прокладывают дорожку поцелуев вниз, жадно впиваются в мою плоть. Язык щёлкает по воспалённому клитору, и всё моё тело прошибает волной страсти.
Я выгибаюсь дугой, запуская пальцы в его волосы, притягивая его голову ближе к своему телу. Горячий язык распаляет меня, ныряя в истекающее соками лоно. Крупные ладони накрывают полушария груди, пальцы перекатывают соски, и я словно в бреду кричу:
— Да, пожалуйста, Алекс! Я так люблю тебя!
Низ живота наливается тяжестью. В глазах темнеет. В ушах стоит звон. И Алекс выверенными движениями языка отправляет меня парить в облаках.
Я даже не замечаю, когда он перестаёт ласкать меня языком и нависает, врываясь на всю длину, лишь чувствую за пределами сознания хлюпающие шлепки плоти о плоть, глубокие таранящие удары, нежные поцелуи, как увеличивается, набухая, член, когда я сокращаюсь, туго обхватывая его собой, как горячее семя наполняет меня под завязку, когда мужчина низко стонет моё имя.
Он обрушивается рядом и притягивает меня к своей груди.
— Значит, через две недели ты наконец станешь моей женой?
— Да, — заглядываю в его глаза и вижу в них отражение собственных чувств.
Мы непременно будем счастливы.
Дни до назначенной даты проносятся незаметно. И вот я стою в шикарном белом платье посреди огромных президентских апартаментов старинной усадьбы, арендованной для нашего сказочного события. Вокруг меня увиваются визажист и парикмахер, доводя до идеала мой и без того безупречный внешний вид.
Моё сердце едва умещается в груди от переполняющих чувств. Всего через каких-то полчаса я стану женой самого невероятного мужчины, любимого, любящего. Того, с кем не страшно пройти через любые жизненные испытания. Того, кому я доверяю безоговорочно. Того, кому я верю. В кого я верю. Того, кто так сильно верит в меня. И я надеюсь, что никогда его больше не подведу.
За пять минут до выхода мне на телефон приходит сообщение, и я тут же открываю его.
«Я передумал. — читаю, и перед глазами всё плывёт. — Я приеду на вашу свадьбу».
Мне не дают насладиться чувством глубокого удовлетворения. В мой номер входит шумная толпа.
Папа, глубоко беременная Инга, её жених Константин.
— Ты готова? — спрашивает отец. — Если у тебя есть хоть одно сомнение, я пойду и скажу там всем, что свадьба отменяется.
