Коллега Сайма рассказал, что Роттингдин – крошечный населенный пункт, по сути деревушка. Расположенная между утесами, в давние времена она была приютом контрабандистов. Сопротивление там малоактивно, роттингдинцы не лезут не в свои дела. Летом приезжают туристы, но в холодную зимнюю ночь там будет совсем безлюдно. Местной полиции сообщили, что особая служба проводит на пляже операцию и вмешиваться не надо, даже если начнут стрелять. Но если воспользоваться тропой вдоль обрывов, нет нужды заходить в сам Роттингдин. Гюнтер и его люди могут выйти из Брайтона, а трое других зайдут с противоположной стороны.
Гюнтер поблагодарил агента особой службы, и тот ушел. Остальные собрались вокруг карты. Бойцы Сопротивления наверняка расставят дозорных вдоль череды утесов, ища следы необычной активности на море, но едва ли им придет в голову, что немцы станут поджидать беглецов на пляже. Гесслер сообщил, что, по данным радиоперехвата, некий рыбак встретит группу Манкастера в деревне и проводит к пляжу. Там они сядут в лодку и будут грести, направляясь к субмарине. Им придется спуститься по широкой асфальтированной дорожке, что ведет к короткой набережной, а затем пройти к галечному пляжу. Гюнтеру, Сайму и эсэсовцам предстоит найти укрытие и спрятаться либо на набережной, либо на пляже, чтобы в половине первого ночи, когда появится группа Манкастера, захватить ее врасплох.
– С ними будет только один лодочник? – спросил Кольвиц. – Больше никто из Сопротивления не сопровождает их, не встречает на пляже?
– Нет. Это ясно из радиоперехвата, – с удовлетворением ответил Гесслер. – Те немногие члены Сопротивления, которые имеются там, будут вести наблюдение с вершины утесов. Но действуйте осторожно, вдруг они переменят план.
– Нас шестерых будет достаточно?
– Вы – единственные опытные сотрудники, которых мы можем выделить.
– По нашим расчетам, к подводной лодке должны направиться шесть человек? – задал вопрос Борзиг. – Двое агентов Сопротивления и трое штатских: мужчина, женщина и этот псих? А рыбак – шестой? – Он пожал плечами. – Плевое дело.
– Да. – В тоне Гесслера слышалась легкая издевка. – По одному на каждому из вас. Полагаю, вы должны справиться.
– Те двое из Сопротивления – крепкие ребята, – предупредил Сайм. – Я столкнулся с ними во время рейда в Лондоне. Мужчина и женщина. А вот остальные – это да, штафирки.
– Гражданский служащий, Фицджеральд, когда я встретился с ним в Министерстве доминионов, показался мне физически крепким, – проговорил Гюнтер. – И он был на войне в сороковом году.
– У них должны быть пушки, – заметил Кольвиц. – У пары из Сопротивления – наверняка, у Фицджеральда и рыбака, возможно, тоже.
Гюнтер согласно кивнул:
– Но не у жены Фицджеральда. Насколько мне известно, она из этих английских пацифистов. – (Капп презрительно фыркнул.) – И не у Манкастера.
– Сумасшедшие бывают сильными, – заявил Борзиг.
– Только не этот, – сказал Сайм. – Я с ним встречался. Мелкий хлюпик, шарахается от собственной тени.
Гюнтер обвел взглядом парней из СС:
– Но помните, нам нужен именно он. Берлин желает получить его живым. Не помешает взять и людей из Сопротивления, все остальные – на втором плане.
Гесслер заерзал в кресле:
– У них могут иметься капсулы с ядом, поэтому главное – внезапность. Очень важно сразу обезоружить их. Придите пораньше и подыщите хорошее место. Должна светить луна, обещают ясную ночь.
Гюнтер посмотрел на Сайма:
– Говорите, пляж галечный?
– Да.
– Хорошо бы спрятаться там, если получится: мы услышим, как они приближаются.
Кольвиц кивнул:
– Звучит разумно. Неизвестно, где они обретаются в данный момент?
Гюнтер мотнул головой:
– Они могут быть где угодно, поблизости от побережья Сассекса. Роттингдин в половине первого – вот единственное место, где мы наверняка застанем их.
Хаузер усмехнулся и ударил мясистым кулаком по ладони другой руки.
– Это как раньше в России. Подкараулить отряд из Сопротивления.
Кольвиц обвел взглядом остальных:
– Как у вас со стрельбой?
– Я постоянно упражняюсь в тире, – самодовольно ответил Хаузер. – Как и камрад Капп – мы с ним встречались там.
– Я тоже практикуюсь в Берлине, – заявил Гюнтер. «Но не так часто, как следовало бы», – подумал он.
– А я на курсах по огневой подготовке брал призы, – надул щеки Сайм.
– Итак, мы набросимся на них, разоружим и изымем капсулы с ядом, если найдем, – подытожил Гюнтер. – Если придется стрелять, цельтесь по возможности так, чтобы ранить. Разговариваем по-английски, чтобы всем было понятно.
Он кивнул в сторону Сайма.
– Штурмбаннфюрер Гот – главный, – сказал Гесслер. – Он знает этих людей лучше, чем кто-либо еще, выполняйте его приказы. И помните: Манкастер нам нужен живым. – Штандартенфюрер постучал пальцем по столу, подчеркивая весомость сказанного. – Это важнее всего. Приказ исходит непосредственно от заместителя рейхсфюрера Гейдриха.
Он склонился над столом и протянул Гюнтеру руку. Тот пожал ее. Взгляд Гесслера лучился торжеством.
– Удачи, Гот, – сказал он. – И спасибо.
