Сказать, что меня ослепил Свет, ничего не сказать. Он взорвал меня. Я перестала ощущать руку Олега. Мириады звуков родились во мне. Миллионы огненных существ ворвались в меня и закружились внутри. Я прожила эоны лет за один миг. И забыла, где нахожусь. Все мои прошлые воплощения всплыли в сознании с небывалой отчетливостью. Я перестала быть Настей Снеговой, и возродилась в тысячах жизней. Я умерла и родилась вновь. И поняла цель и смысл нашего Бытия. И это знание смягчило меня. Я расплавилась как металл в печи с тем, чтобы превратиться в нечто прекрасное. И посреди всего этого жила моя любовь, не только к Олегу, но ко всему на свете.
А потом стали проступать контуры физического мира. Я снова увидела лицо мамы, Иисуса, Иуды, Марии Магдалены, всех апостолов, Марины. И, наконец, Олега. Все смотрели на меня с изумлением. А я чувствовала, что у меня новое тело. Оно было прозрачным, как хрустальный шар, и при этом светилось, как звезда. И я не нуждалась в обычном человеческом зрении, чтобы видеть его насквозь.
Напротив меня Христос и его Ману. Жезл был уже убран.
– Все, Настя, теперь ты переродилась. Добро пожаловать!
Всем своим естеством я послала в ответ токи благодарности и любви. Он принял и ответил:
– Пустяки! Рад был оказаться полезным тебе!
Вслед за этим Христос и Ману взмыли над чашей, послали всем последние приветствия, а затем исчезли в воздухе. Все заканчивалось, праздник подходил к завершению.
Итак, я стала Космическим Магом, но это лишь начало. Мое тело – сфера-звезда. Я вспоминала имена, которые несколько дней назад, чудесной ночью в Египте, дали мне апостолы. Имаг назвала меня Джанан, а Хуан – Мэй-Джунг. Душа и цветок любви. Только сейчас я в гораздо большей мере стала соответствовать этим словам. Я расцвела, и во мне было очень много любви.
Но земное не могло исчезнуть из меня мгновенно. Тем более, что напротив меня стояли существа в человеческом облике. Опыт жизни на Земле невозможно забыть в один миг. Тысячи воплощений оставили во мне нестираемый след. И хотя я стала сверхчеловеком, моя душа все еще любила эту планету больше всего на свете. Поэтому я пожелала приобрести привычную для меня человеческую форму.
И что же?
Новое тело послушно отозвалось на мою мысль. Сфера тут же трансформировалась – у меня появились голова и конечности. Я придала своему лицу прежние черты.
Я не создала легких, сердца и прочих внутренних органов – решила, что займусь этим позже. Сейчас это не было важно.
Важно стало другое. Я ощутила невиданную полноту жизни. Все вдруг стало естественно и легко. Реки энергии текли во мне мощными потоками, и я могла ими управлять.
На меня смотрела мама. Она улыбалась и плакала одновременно.
– Дочка, я всегда знала, что ты отличаешься от остальных, но чтобы настолько! Я надеюсь, ты меня не бросишь? Я тебя так люблю!
– Мама, ну что ты! Конечно, нет! Обещаю, что половину времени, как и раньше, буду проводить дома. А мои новые способности помогут нам сэкономить на покупках, – и я подмигнула. – Ты ведь не откажешься, если я сотворю тебе немного запасов в холодильник?
Мы обе уже смеялись.
– Хорошо. Уговорила. Но чтобы к одиннадцати была дома! – мама шутливо погрозила мне пальцем.
– Ладно, мама. Согласна. Но временами я буду отлучаться. Ты ведь хочешь, чтобы я посмотрела мир?
Я обняла свою обеспокоенную родительницу и поцеловала.
– А я не буду спешить рассказывать все твоему отцу. Он нас такой консервативный. Ты уж сама реши, как и когда.
– Мама, я не прощаюсь.
– Встретимся дома. Жду тебя к Новому Году!
После этого я перешла к группе египетских белых магов, так тепло принявших меня. Голубые глаза Иисуса, как прежде, глубоко проникали в мое сознание.
– Ты правильно поступила. Это наилучшее решение. Ты уже подготовила свое тело к преображению предыдущими инкарнациями. Христос лишь ускорил то, что однажды бы случилось само. Но это было бы не в этой жизни. – Учитель улыбнулся и обнял меня. – Не исчезай из виду, навещай нас.
Я встретилась глазами с Иудой:
– Прости, что усомнилась в тебе. Мария мне говорила, что ты изменился, но я не верила.
– Сейчас веришь?
– Сейчас я знаю.
– И ты прости. Здесь и моя вина – не доглядел. Ведь я обязан был что-то заподозрить. Но излишняя преданность Мастеру ослепила меня.
– Все в прошлом.
Остальным апостолам не терпелось мне что-то сказать, поздравить. Они галдели, как стайка воробьев в лучах весеннего солнца.
– Тише, друзья – усмиряла я их гомон, а сама радовалась как дитя тому, что все так хорошо завершилось и, что мы все рядом.
– Настя, куда ты теперь? – спросила Мария, в бытности, Магдалена.
– Еще не знаю. Потом решим. Или Олег подскажет – он лучше знает, где и кому нужна помощь. А я буду следовать за ним и учиться. Мне очень хочется посмотреть, что там, за облаками, – и я закрыла глаза в предвкушении. – Всю жизнь мечтала.
– А мечты надо воплощать, иначе для чего они нужны! – подхватила Марина. – Настя, знаешь, этот прекрасный мужчина, который в тебя молнией стрельнул, предложил сделать со мной то же самое.
– Что предложил – выстрелить? – я беззлобно подтрунивала над подругой.
