– Спасибо, что сообщили, – кивнула администратор и нажала на кнопку «Не беспокоить». – Теперь ваш сон никто не потревожит.
– Даже Иван-дурак?
– Да, никакой дурак не позвонит и в номер не зайдёт. Не беспокойтесь.
– Ух какая ты хитрая колдунья! – прищурилась Яга. – От дураков-то защиты не бывает. Чую, никакая ты не Василиса Премудрая, а отельная домовая! Такая же хитрая и себе на уме. Я тебя раскусила. Я бы тебя и раскусила, – клацнула зубами Яга, – да устала – мочи нет.
– Приятного отдыха, – пожала плечами отельная Василиса.
– И тебе не хворать.
Яга бродила по хоромам и обнюхивала углы:
– Хороша изба! Горницы просторные! Не то что мой курятник закопчённый. А вид какой из светёлки! Лепота! Всё-таки нравится мне это странное королевство. Чую – моё городище! А это что за светлячок? Эк тебя заело! Сундучок, что ли, волшебный?
– Я ваш голосовой помощник Анфиса, – ответила колонка.
– Чудно! И что же ты умеешь, Анфиса в коробочке?
– Всё могу! – тут же отозвалась Анфиса.
– Ну-ка! Удиви-ка Ягу!
– Хотите послушать любимую музыку? Узнать прогноз погоды? Свежие новости или анекдот? Могу рассказать вам сказку на ночь.
– Сказки я люблю. Давай сказку!
Яга прямо в деловом костюме и с сумочкой на плече плюхнулась на кровать. Её верная Метла улеглась рядом.
– Жила-была на свете Баба Яга – костяная нога. Она летала на своей Метле над волшебным лесом...
– Хр-р-р-р! – ответила на это Яга и повернулась на бок.
– Тр-р-р-р, – согласилась Метла.
Наверное, им снились трасса, белки и пост дорожно-патрульной службы, танцы капитана и инспектора Орлова, летучая мышка, румяные яблоки и волшебное фейхоа. Уж слишком много впечатлений.
– Тут и сказочке конец. Кто дослушал – молодец! – закончила Анфиса и тоже уснула в своём волшебном сундучке.
Досказывать сказки до конца её учила любимая прапрабабушка.
Между прочим, Анфисина прапрабабушка завелась в доме у самого Александра Степановича Попова – знаменитого изобретателя радио. Он был добрым человеком, соорудил ей музыкальный домик вроде кукольного. А домик ведь пустым не бывает, сами понимаете. Не верите – спросите у домовых. Вот бабушка Анфисина в нём поселилась и всё время там разговаривала. Поболтать страсть как любила. И пела тоже иногда. А теперь вот внученька её Анфиса в отеле работает. Продолжает семейную традицию. Семейные традиции – это очень важно.
А вы как думали? Думали, в колонках какой-то динамик электронный сказки рассказывает? А ему тогда кто их рассказывал, скажите, пожалуйста? То-то и оно!
Кузя проснулся в палатке, осмотрелся. Игрушки, игрушки, мохнатые зверюшки, зверюшки, игрушки, бородатый домовой в лаптях. Домовой?!
– Драпаем! – подскочил Кузя и понёсся прочь из палатки, врезался в тряпичную стену, отскочил к другой, еле выполз из-под огромного плюшевого кота и пополз спасаться, да поживее!
– Хи-хи-хи, – весело захихикал бородатый домовой. – Уха-ха!
– Ты кто такой? – не оглядываясь на бородатого, взвизгнул Кузя не своим очень тонким голосом. Но притормозил и спросил с надеждой: – Местный барабашка? Или ты заводной?
– Это ты заводной, – обиделся бородатый в лаптях. – Прыскучий, прыгучий. Зажигалочка.
– Это почему? – не понял Кузьма.
Вроде с огнём он ещё не баловался – умишка хватало.
– С Нафаней в горелки играешь – вот и зажигалочка. Человечьего не разумеешь, как я погляжу, а всё туда же – в горницу. Да получше хоромы чтоб.
– Чтоб с тобой так Яга разговаривала на распутье трёх дорог! – огрызнулся Кузя. – Объяснил бы лучше, кто ты – неведомая зверюшка?
– Сам ты зверюшка глазастая! Говорю ж, Нафаня я, за домом пригляд держу. За всеми двумястами четырьмя квартирами, пятьюдесятью одним межквартирным холлом, лестницами, лифтами и тремя подъездами.
– Следишь? Ну и следи себе, а пугать-то зачем?
– Да тебя не пугать надо, а уши пообрывать. В человеческой детской дрыхнешь среди бела дня. А если увидит кто?
Кузя фыркнул в ответ, а Нафаня погрозил пальчиком и топнул лапоточком:
– Я тебе!
– Попробуй догони! Не догонишь, не догонишь! – Кузьма показал язык и развернулся к выходу из палатки.
Нафаня одним прыжком опередил его и, подбоченясь, встал перед домовёнком:
– Ты как со старшими разговариваешь? Вот поганец!
Кузя проскочил под его рукой и запрыгнул на кресло:
– Ещё учи меня!
– Сейчас я тебя научу! А ну поди сюда! Сейчас я тебя поймаю!
– Лови! – Кузя схватил Наташину книгу со сказками и запустил в Нафаню.
Тот насилу увернулся:
– Ты что вытворяешь?!
– А вот тебе тетрадочки! И карандашики! Распишись в своём бессилии. То есть немощи по-нашенскому. Ну, ты понял!
– Не, не понял, – затряс кулачками Нафаня. – А ты не попал! Не попал! Снова не попал! Ой, попал.
И Нафаня кубарем скатился на пол – прямо на раскиданные Наташины тетрадки.
– Доигрался? – хихикнул Кузя. – Ну, покатайся ещё! – и опрокинул Наташину коробочку с разноцветными стеклянными шариками.
– Ух, что я с тобой сделаю! – Нафаня крутанулся в пируэте между катящихся прямо на него стекляшек и закатился под кровать.