— То, что ты нашёл на столе, — это ключ от двери из параллельного мира, откуда они пришли, — дядя указал на клинок.
2
Выйдя из полицейского участка, я распрощался с дядей Виктором и тётей Еленой, которые отказались сопровождать меня, сославшись на неотложные дела. Я подумал: «Ну и пусть».
Дежурный сначала смотрел на меня с опаской, но теперь провожал с явным облегчением. Все в округе уже знали, что я племянник Станислава Ивановича. Прощаясь со мной, люди смотрели на меня с уважением. Надо было видеть, как быстро меняется отношение людей к тебе. Между мужчинами пошли разговоры и сплетни.
Я выехал через ворота и направился в школу к бабе Люде. Проехав мимо парка, я увидел «квадрат вечности» — так горожане называют Суровикино. Было ровно одиннадцать часов. «Квадрат вечности» снова начал своё движение, издавая скрежет металла, звук, похожий на удар молотка, и меняя свою форму.
Осмотрев «квадрат», я заметил, что он светится не так, как раньше. Похоже, синеватый цвет стал ярко-белым. Освещение было столь ярким, что клинок начал трещать. Я обернулся на сиденье, где лежала моя находка. Клинок продолжал трещать и светиться тремя зелёными цветами на рукоятке. «Что происходит?» — подумал я.
На улице стояли люди, наблюдая за мной, когда я проезжал мимо «квадрата вечности». Из магазина вышел мужчина с продуктами, несколько продавцов смотрели на «квадрат вечности», а затем переключили своё внимание на меня. Их лица выражали недовольство.
Проезжая мимо парикмахерской, я увидел, как из неё выскочил мужчина и начал бить руками по лобовому стеклу, крича и ругаясь.
— Уезжайте отсюда на хрен! — вскричал парикмахер, угрожающе размахивая своими парикмахерскими ножницами и целясь ими прямо в лобовое стекло автомобиля. Казалось, ещё мгновение — и остриё ножниц пробьёт стекло, на котором уже виднелось несколько отметин.
— Убирайтесь от лобового стекла, иначе я задавлю вас! — пригрозил я ему.
Я остановил машину, и мужчина кубарем выкатился влево, упав прямо на дорогу. Я, испугавшись, что задавил его, выскочил из автомобиля, чтобы помочь ему. Я был уверен, что он ранен. Но когда я подошёл к месту, где он упал, его там уже не было. Он стоял позади моей машины и что-то невнятно кричал.
— Молодой человек, послушайте меня, вам лучше покинуть этот город. Здесь вас ждёт смерть, и смерть ваших друзей. Среди нас демоны и гуманоиды, и город уже не тот, что был раньше. Это город мертвецов.
Молодой мужчина закончил свою речь, резко посмотрел на меня и бросился в парикмахерскую, ведя себя как безумный. Я хотел было последовать за ним, но передумал, не понимая, что он имел в виду. Люди стояли, смотрели на меня и не произносили ни слова.
Не обращая внимания на этих странных людей, я сел в машину и поехал в школу.
3
Подъезжая к школам, сквозь разбитое лобовое стекло я мог наблюдать, что в учебных заведениях всё ещё шли занятия. Из окон не доносилось ни шума, ни суеты — царила атмосфера тишины и покоя, словно наступил тихий час.
Насколько мне помнится, в детстве на переменах мы всегда были полны энергии: бегали, играли и общались со сверстниками. Выйдя из автомобиля, я направился к воротам, ведущим в здание школы. Никто не встретил меня у входа, в коридоре было пусто. Из одной двери вышел дежурный и, заметив меня, подошёл, чтобы выяснить, что привело меня сюда.
— Здравствуйте! Вы к кому? — спросил он.
— Здравствуйте! Не могли бы вы подсказать, на каком этаже находится Людмила Алексеевна?
— Вы кто? — спросил дежурный, пристально рассматривая меня.
— Внук, — спокойно ответил я. — Моя бабушка на каком этаже?
Он окинул меня безмолвным взглядом, с ног до головы, прежде чем ответить. По его взгляду я понял, что нужно следовать за ним. Он повернулся направо, туда, где начиналась лестница, ведущая наверх. Моя бабушка находилась на втором этаже, в классе номер семь.
Мужчина оказался немногословным. Он всё время жевал жвачку, словно корова. И каждый раз, когда он жевал, раздавались характерные звуки. Это было неприятно слушать.
Вестибюль школы был отделан коричневыми панелями, обшитыми наполовину панелями, наполовину обоями светлого тона. По коридору и прямо вверх по лестнице, которая вела меня, дежурный по лестнице. Пол был выложен светло-зелёными плитками, а стены — светло-оранжевыми.
Дежурный вошёл в коридор и направился в конец коридора. Я последовал за ним.
Пока я осматривал школу, запах школы сразу напомнил мне о детстве. Запах тетрадей, старых книг, учебников, парты, пахнущие деревом. Мел — всё это нахлынуло на меня, как воспоминание.
Пока дежурный не дёрнул меня за плечо.
— Мы на месте, у неё урок. Сейчас я предупрежу её, — сказал он, открывая дверь и сообщая ей об этом.
Людмила Алексеевна, моя почтенная родственница, проводила урок биологии в седьмом классе. Она рассказывала о царстве флоры, перечисляя виды и подклассы. Низшие растения — это водоросли, а высшие — споровые и семенные.
Людмила Алексеевна делала записи на доске, а ученики в классе аккуратно переносили информацию в свои тетради. Когда дежурный прервал урок, чтобы сообщить о моём прибытии, моя бабушка обрадовалась.