—Дети, сегодня у нас «родительский день»! — бодрым и веселым голосом объявила при подъеме вожатая. Кира про себя чертыхнулся. «Глеб меня конечно, предупреждал, — подумал он, сонно протирая глаза, — что могут приехать его родители. Но я думал, что конец смены и это мне уже больше не грозит. Что же теперь делать? Надо куда-нибудь смыться, а может они вообще не приедут». С этими невеселыми мыслями он пошел умываться. По пути в столовую его нагнала Ирка.
—Слышал? — коротко спросила она.
—Ага, — еще короче ответил Кира, в последнее время он заметил, что при общении им надо все меньше слов, они понимали и чувствовали настроение друг друга что называется с полуслова и полувзгляда.
—Что делать будем? — опять задала вопрос Ирка, идя рядом с ним.
—Спрячусь где-нибудь, — ответил Кира, — а что еще можно сделать?
—Они тебя искать будут, к вожатой могут подойти, — озабоченно произнесла Ирка, — тебя же все здесь знают как Кирилла, а не Глеба.
—Точно, — согласился Кира, — и что ты предлагаешь? Из лагеря бежать мне нельзя, тогда я Глеба подведу, а он вместо меня месяц в больнице согласился лежать. Надо обязательно дождаться отъезда и поменяться обратно.
—Вот что, я глебиных родителей у ворот встречу и повожу их по лагерю как можно дольше. «Родительский день» продлиться до обеда, потом директор всех родителей выставит за ворота, — предложила Ирка, — а пока разыграем ситуацию «Фигаро здесь — фигаро там». Смотрел этот спектакль?
—Нет, — ответил Кира, — я на спектакли редко попадаю, если только с классом идти заставляют.
—Зря, меня мама часто в театр водит, — заметила Ирка, и продолжила объяснение, — будем ходить по кругу. Вроде как ты их ищешь там, а они тебя здесь, а потом меняемся местами. Они же знают, что я из глебиного класса, значит ничего не заподозрят. Только надо четко договориться где и когда мы будем находиться, чтобы невзначай не пересечься.
—Сначала отведи их в нашу палату. Я глебины вещи на видном месте оставлю, на кровати и тумбочке, конечно от вожатых может влететь за этот беспорядок, но они наверно на главной площадке все время будут. Главное родители Глеба убедятся что их сын тут, где-то рядом, — Кира тоже неплохо соображал и умел строить планы.
—Отлично, — похвалила его Ирка, — потом — на площадку, где большинство родителей собираются, затем в столовку, там тоже многие сидят, кормят разными деликатесами, теми что привезли.
—Погоди, — спохватился Кира, — а как же твои родители? Они что, не приедут?
—Почему не приедут? — спокойно переспросила Ирка, и хитро улыбнувшись сказала, — а моих родителей по территории будешь водить ты.
—Я не смогу, — ошарашено отказался Кира, — что мне им говорить?
—Скажешь что ты мой друг, а мне надо сегодня срочно доделать стенгазету в административном корпусе. Вот туда их и поведешь, возьмешь на себя роль гида. А в конце, когда уже всех выпроваживать начнут, я подойду к ним и скажу, что везде их искала, — совершенно невинным тоном произнесла Ирка, — с моими-то проблем не будет. Они за меня не беспокоятся, и тебя не знают. А вот глебины уедут ли просто так, не повидав Брусникина — это еще вопрос.
—Глеб обещал им звонить из больницы, — сказал Кира, — а я письма пишу как договаривались. Вроде все нормально.
—Ладно, тогда вроде обо всем договорились, после завтрака уточним, — сказала Ирка, поднимаясь по ступенькам корпуса столовой, — а вот, чуть не забыла, может тебе глебину военную рубашку надеть, ты говорил, что он ее тебе отдал и помелькать издали?
—Нет, не годиться, — покачал головой Кира, — во первых я в нее вряд ли влезу, а во— вторых я даже издали на Глеба не похож.
—Вообще-то верно, — согласилась Ирка и они с остальными ребятами пошли завтракать.
Родители отдыхающих детей начали толпиться у ворот пионерского лагеря еще с раннего утра, некоторые приезжали на машинах, но большинство добиралось что называется «своим ходом», на электричке и автобусе. Глебины родители приехали сравнительно поздно, перед самым открытием ворот, когда директор пионерлагеря сам вышел к приехавшим повидать своих чад, и дал короткие инструкции что можно, а что нельзя делать во время «родительского дня» в лагере, а также он попросил — детей никуда за территорию не уводить. Закончив свою речь, директор со старшей пионервожатой распахнул ворота и родители устремились навстречу детям, собравшимся с другой стороны. Кира и Ирка спрятались в кустах за скамейкой, так как он в лицо иркиных родителей, разумеется не знал и Ирка хотела незаметно показать их ему. Сама помимо этого она отыскивала в толпе родителей Глеба.
—Вот мои! — вдруг быстро прошептала Ирка, хотя понижать голос вроде необходимости не было, — мама в сарафане с фиолетовыми цветами, а отец в желтой рубашке и с сумками.
—Да они все с сумками, — проворчал Кира, стараясь глазами найти иркиных родителей, и но никак не мог этого добиться.
—Ну вон, у забора остановились, — показала рукой Ирка направление.
—Ага, теперь вижу, — тут он пристальней вгляделся в толпу, — а вот кстати и глебины, идут по дорожке, его мать я запомнил, когда к нему домой заходили.
