ФРАНЦЪ. Jawohl. (Садится и понемногу засыпаетъ.)
Джоіванна ковыляетъ съ улицы Санта-Лючія.
ДЖІОВАННА. Добрый вечеръ, куманекъ.
НИЩІЙ… И вамъ, кума, добрый вечеръ. Изъ дальнихъ?
ДЖІОВАННА. Изъ Ночеры, кормилецъ.
НИЩІЙ. Изъ Ночеры? Это будетъ стоитъ теб два сольдо.
ДЖІОВАННА. За что, голубчикъ?
НИЩІЙ. Потому что по вторникамъ чужестранцы, вступающіе на нашу улицу, платятъ сольдо въ пользу слпорожденныхъ. А съ тхъ кто приходитъ изъ Ночеры — вдвое: за ваше нечестіе.
ДЖІОВАННА. Но сегодня уже среда, голубчикъ, потому что отзвонили къ Ave Maria.
НИЩІЙ. Тогда, тетка, четыре сольдо: въ среду наша улица взимаетъ съ чужестранцевъ сверхъ-налогъ для содержанія глухонмыхъ.
ДЖІОВАННА. Я охотно заплачу теб, сынокъ, только ужъ и ты помоги мн, деревенщин, потому что ты, я вижу, парень бойкій. Покажи мн, сдлай милость, гд тутъ у васъ, сказываютъ люди, стоитъ вщій статуй?
НИЩІЙ. Вщій статуй? (Въ сторону.) Впервые слышу. (Вслухъ.) Зачмъ теб вщій статуй?
ДЖІОВАННА. Ахъ, касатикъ, это наше дло семейное.
НИЩІЙ. Я спрашиваю тебя, старуха, потому что — видишь ли — вщій статуй у насъ не одинъ. Ихъ много.
ДЖІОВАННА. Благодать!
НИЩІЙ. Есть статуи, которые помогаютъ отыскать пропажу, другіе хороши противъ лихорадки, третьи, чтобы домовой не здилъ ночью на твоихъ лошадяхъ, четвертые, чтобы не лопнулъ банкъ, въ которомъ лежатъ твои деньги, иные помогаютъ невст найти жениха, иные укрываютъ жену, удравшую отъ мужа, этимъ кланяются полицейскіе, чтобы ловить злоумышленниковъ, тмъ — злоумышленники, чтобы дурачить полмцейскихъ. Каждый изъ вщихъ статуевъ — въ род профессора медицины: спеціалистъ, который лчитъ лвую ноздрю, никогда не позволитъ себ пользовать ноздрю правую.
ДЖІОВАННА. Премудрость!
НИЩІЙ. Перепутать статуевъ, который для чего хорошъ, старуха, значитъ: бда! пропалъ человкъ! Мой сосдъ, бухгалтеръ, попалъ въ тюрьму только потому, что онъ, вмсто Санъ-Бегемото, почиталъ Санъ-Левіаано.
ДЖІОВАННА. Стало быть, осердился — вщій статуй-отъ?
НИЩІЙ. Не то, чтобы разсердмися, но Санъ-Бегемото помогаетъ въ искусной подчистк счетныхъ книгъ, а Санъ-Левіаано хорошъ, когда ты ищешь квартиру. Ну, когда пришла ревизія, тутъ бухгалтеръ и понялъ, какой, по ошибк, въ статуяхъ съ нимъ вышелъ грхъ. Санъ-Бегемото не помогъ — и книги оказались подчищенными прескверно, а Санъ-Левіаано помогъ — и устроилъ бдному парню казенную квартиру въ тюрьм.
ДЖІОВАННА. Мн, отецъ родной, нуженъ такой статуй, который помогаетъ, когда женщин ударитъ золотухою въ пятку.
НИЩІЙ. Ты не могла попасть лучше. Я состою сторожемъ именно при этомъ стату.
ДЖІОВАННА. Возможно ли? Ахъ, счастье какое!
НИЩІЙ. Нсколько сольдо, и мы тебя мигомъ поправимъ.
ДЖІОВАННА. Ахъ, что ты! Я только посовтоваться, а золотуха-то не у меня, а у сосдки Эфимью.
НИЩІЙ. У сосдки? Проваливай! Мы черезъ вторыя руки не помогаемъ.
ДЖІОВАННА. Ахти мн, родимый! ужели я понапрасну сломала экую путину? Пожалй, голубчикъ. Я человкъ хромой.
НИЩІЙ. А хромаешь отчего?
ДЖІОВАННА. Оступилась о камень. Большущій такой блый камень.
НИЩІЙ. Для оступающихся о большой блый камень есть тоже свой статуй.
ДЖІОВАННА. А супротивъ золотухи онъ не силенъ?
НИЩІЙ. Куда ему! Совсмъ слабъ.
ДЖІОВАННА. Такъ ужъ ты, сынокъ, лучше, такъ и быть, отведи меня къ тому, который противъ золотухи.
НИЩІЙ. То-то! Не ври, старуха: я вижу вашу сестру насквозь. (Беретъ ее сзади за плечи и ведетъ къ спящему Францу.) Кланяйся: вотъ теб нашъ вщій статуй.
ДЖІОВАННА. Какой раскрашенный! Чисто, какъ живой!
НИЩІЙ. На томъ стоимъ.
ДЖІОВАННА. Премудрость!
НИЩІЙ. За премудрость сторожу три сольдо.
ДЖЮВАННА. Прими, голубчикъ. (Францъ проснулся и дико смотритъ спросонья.)
ДЖІОВАННА. Что же это онъ глазами-то вертитъ на меня?
ФРАНЦЪ. Понравилась ты, видно, ему.
ДЖІОВАННА. Ахъ, онъ, голубчикъ!
НИЩІЙ. Еще три сольдо, и я его заведу, чтобы говорилъ.
ДЖІОВАННА. Ахъ, мой батюшка! Да я отъ страха на ногахъ не устою.
НИЩІЙ. Францъ!
(Фрнцъ молчитъ.)
НИЩІЙ. Заржавлъ… Надо смазать! (Вынимаетъ изъ-за пазухи бутылку и поитъ Франца изъ собственныхъ рукъ. Францъ, въ знакъ удовольствія, рычитъ.) Пошла машина! Три сольдо сторожу на масло. Теперь спрашивай, отвтитъ.
ДЖІОВАННА. Отецъ родной, ваше высокоблагородіе, господинъ вщій статуй, дозвольте жалкой раб вопросить: какъ будетъ ей твое милостивое ршеніе насчетъ ея золотухи?
ФРАНЦЪ. Zum Teufel.
ДЖІОВАННА. Ухъ! (Падаетъ ничкомъ замертво.)
НИЩІЙ. Произрекъ?
ДЖЮВАННА. Охъ, сподобилась! произрекъ!
НИЩІЙ. Поняла?
ДЖІОВАННА. Нтъ, батюшка, ничего не поняла.
НИЩІЙ. Три сольдо.
ДЖІОВАННА. За что, батюшка?
