Это было помещение большего размера, чем в «Бар и Гриль», и более тщательно продуманное. Стенной светильник, как и картинки из веселых девяностых тоже были здесь, а еще тут было четыре маленьких круглых стола, геометрически расставленных на темно-малиновом ковре. Каждом столик был накрыт скатертью и стояли треугольниками меню: на одной стороне - «наши фирменные напитки», а на другой - «наши фирменные блюда». Тини уже сбросил меню со своего стола на пол.
- Привет, Тини, - поздоровался Келп, войдя в комнату. - А тут все иначе, да?
Тини держал в ладонях стакан с красной жидкостью, которая была очень похожа на коктейль черри поп, но таковым точно не являлась.
- Они хотели подать водку и вино в отдельных стаканах. Я сказал им, что могут давать мне сколько хотят стаканов, обратно получат один.
Келп поставил свои стаканы справа от Тини.
- Мы несколько иначе договорились.
- Клиент всегда прав, - напомнил Тини.
Дортмундер сел слева от него.
- А мамаша Марч придет? Если да, но нас будет пятеро, а столик на четверых.
- Я говорил только с сыном, - произнес Тини, и Стэн Марч вошел собственной персоной. В руках он нес бокал пива и тарелку с голубой каемкой.
- Хорошо, что мама не приехала. Если бы она увидела какое движение на Манхэттене... Это что, я должен сидеть спиной к двери?
- Ты должен закрыть дверь, - предложил Тини.
Стэн поставил пиво и тарелку на свободном месте на маленьком столе, и вернулся к двери.
- А что в тарелке? - поинтересовался Тини, когда Стэн вернулся за стол.
- Сказали соль, - Стэн сел, отхлебнул пива и нахмурился глядя на эту тарелку. - Я попросил солонку, но они сказали, что у них нет солонок, есть только вот такие маленькие тарелки.
Келп нагнулся над столом и заглянул в наполненную солью тарелку.
- Затратно. Едва ли ты все используешь.
- Ее не выбрасывают, - сказал Стэн. - Я видел, такие же тарелки там на всех столах стоят.
- То есть, все суют свои пальцы в эту соль? - спросил Келп.
Стэн пожал плечами.
- А что делать? Я так понимаю, алкоголь в пиве убьет всех микробов. А с другой стороны, проблема Манхэттена это то, что в августе тут никого нет, одни только туристы.
- Ты о чем это про «никого нет»? - не понял Дортмундер.
- Никого, кто принадлежит этому месту. Нью-йоркцы уезжают из города летом. Сейчас в городе нет никого, кто знает как надо водить машину. Здесь сейчас люди, приехавшие с какого-нибудь континента. Приперлись летом по своим делам, снимают номер в отеле и берут машину в аренду, такие довольные собой. Они что, приехали в Нью-Йорк чтобы машину поводить? Водите свои машины где-нибудь у себя в Фубурге, а не здесь! Вам никогда не понять, что тут надо делать. Неделями покружат тут, потеряются пару раз, вернутся домой, а там друзья спросят: Ну, посмотрел Нью-Йорк? И они ответят: Нет, не увидел.
- Мы же здесь, - вставил Тини. - Чтобы Дортмундер рассказал нам, что узнал о баре.
- Да, слушаю, - и Стэн аккуратно двумя пальцами взял щепотку соли и сыпанул в свое пиво.
Дортмундер дождался окончания процедуры и сказал:
- Итак, я ходил туда этой ночью.
И он подробно рассказал всем и про надвигающуюся свадьбу, и про подвал, и про ликеро-водочный Департамент, и даже семейную историю Медриков.
- Племянник, - протянул задумчиво Келп.
- Не из хороших, - предположил Дортмундер.
- А бывают хорошие племянники? - спросил Тини.
- Мой племяш Виктор не такой уж плохой, - поделился Келп.
- Виктор, - вспомнил Тини. - Фэбээровец.
- Бывший, - поправил Келп.
- Его оттуда выкинули. Он хотел чтобы в ФБР было свое секретное рукопожатие, - пояснил всем Дортмундер.
- Я думал, у них есть свое секретное рукопожатие, - удивился Стэн.
- Так, племяш Келпа не наше дело. Наше дело - племянник Медрика, - прервал дискуссию Тини.
- Рафаэль Медрик, - начал Дортмундер, доставая из кармана рубашки два листа прихваченных из сейфа бара. – Из Квинса.
- Неизвестно за что сидел, - пояснил Келп.
- Что-то без тяжких телесных, - размышлял Дортмундер. - Ну начнем с того, что он возможно и не из мафии. Простой недоумок, встрял в неприятности, семья помогла как могла - дядя захотел выйти на пенсию и вот результат. Все в шоколаде: дядя на заслуженном отдыхе во Флориде; парень тоже не пропадет, если только у него есть мозги и ответственность; семья за ним приглядит...
- Естественно, - согласился Келп.
- Всегда так делают, - кивнул Стэн.
- И после всего этого бару конец, - снова прервал их Тини.
- Ну, он еще открыт, - возразил Дортмундер.
- Если это можно назвать «открыт», - проворчал Тини. - И товар скупается, и кредитный лимит кончается, Дортмундер. Это место - прикрытие, и его скоро прикончат. А вот о чем нам действительно следует подумать, так это о квартире на Пятой Авеню, полной хороших вещей, за которые Олбрайт собирается отвалить нам зеленые.
- Мы думаем, - заверил его Келп. - Работаем над этим, так ведь, Джон?
- Типа того, - кивнул Дортмундер.
- Так думайте получше, - посоветовал Тини.
