— Опросили жителей подъездов. Соседи Царькова по съёмной квартире запомнили и чётко описали автомобиль «ауди». Многие заприметили и двух его пассажиров, которые торчали весь вечер во дворе, а затем устроили гонки на проспекте Освободителей. Как они вернулись в квартиру, никто не видел. «Пассат» Ивана Сергеевича тоже остался незамеченным. У Куртаковой в доме один из соседей курил на балконе и обратил внимание на молодого человека, который вошел в подъезд примерно в то время, когда было совершено убийство, и довольно скоро вышел, — за этот период свидетель даже не успел докурить сигарету. Мужик живёт на последнем этаже и описать предполагаемого киллера детально не смог: чёрные джинсы и футболка, волосы слегка длинноватые, среднего телосложения. Разве что долговязый. Больше посторонних не замечено. Это всё.
— Негусто, совсем негусто! — Сердюков нервно постукивал карандашом по столу.
— Отработка продолжается, — Жора отложил папку в сторону.
Черепанов поднялся и в раздумьях начал ходить по кабинету, затем задал оперативникам вопрос:
— Не пойму лишь, зачем этого Царькова было убирать, он ведь, судя по всему, ничего не знал и ни на кого вывести не мог…
— Так, на всякий случай. А вдруг бы Полина ему что-то выболтала, вопреки явно полученному инструктажу, — Сердюкову эти обстоятельства не казались странными.
— А правда, красиво получилось? — Иван, держась за подбородок, рассуждал вслух.
— Не нахожу ничего красивого, Иван Сергеевич, нас обставили на полшага. Все концы в воду.
— У меня возникло предположение, кому может принадлежать московский телефон закулисного участника, а скорее всего режиссёра наших событий, — лицо Черепанова осветилось лучиком надежды.
Оба офицера вопросительно на него посмотрели.
— У меня никак не укладывалось в голове, почему так непосредственно действовал Царьков. По-дилетантски, что ли. Ну, любовь — ладно. Ну, неприятности финансовые — понятно. Но сам он недалёкий парень, чтобы так уверенно поступать и столь грамотно всё обставить, им явно кто-то руководил…
— И это, по-вашему, не Куртакова? — Жора попытался развить мысль.
— Георгий, а карточку банковскую, на которую предположительно Куртакова положила все уведенные у нас деньги, у убитой нашли? — Иван с некоторой тревогой и надеждой смотрел на капитана.
— Боюсь, мой ответ вас огорчит, Иван Сергеевич, но карточку пока обнаружить не удалось.
— Но тогда нужно срочно послать запрос в филиал банка, организовать выемку документов, ведь это очень заметная сумма, — в голосе Черепанова звучали волнение и надежда. — Ещё проверить, не уходила ли в эти дни через этот банк за рубеж сумма, похожая на нашу.
— Так-то оно так, да не так Пусть вам ваш друг Портной популярно объяснит, сколько разнообразных схем переброски средств с сохранением анонимности придумано банкирами. Если предположить, что деньги Полина банально положила на свой счёт, то мы их, конечно, сможем найти. Но сразу вас огорчу: таких шансов практически нет. Зная, что подобные суммы мониторятся, и боясь попасть под подозрение, Полина на этот неразумный для себя шаг не пошла бы. А учитывая, что её убрали и что она скорее всего была орудием в чьих-то руках, то и деньги, якобы для её безопасности и конспирации, могли быть распылены через десятки транзитных анонимных счетов. Если бы Полина ещё распоряжалась деньгами, не было бы смысла её убирать.
— Меня ещё одна подробность волнует, — Черепанов сосредоточенно потирал лоб, глядя на папку Жоры. — Банк «Гамма», в который устроилась Куртакова после ограбления, имеет не самую лучшую репутацию в деловых кругах. Его собственники и руководители не отличаются чистоплотностью в подборе клиентов. Один из людей, приближённых к акционерам, сейчас находится в бегах. Помните Сергея Селиванова?
— Кандидат в мэры на прошлых выборах?
— Да, он. Я точно знаю, что финансирование его избирательной кампании шло через «Гамму». Тогда для меня было непонятно, откуда у него столько денег появилось. Это была неожиданно крупная сумма. Селиванов в те времена ничего не продавал, кредитов не брал, его финансировал кто-то сторонний.
— Какое это отношение имеет к нашему делу, Иван Сергеевич? — теперь Жора пытался уловить ход мысли Черепанова.
— У Селиванова на меня очень большой зуб. Вполне возможно, что существует и ещё какой-то дополнительный мотив, но пока посмотрим на свершившееся: деньги пропали, в результате я имею проблему со своими коллегами по избирательному штабу. Убиты три человека — я имею проблему с органами.
— Больше похоже на овладевшую тобой, Иван, навязчивую идею. Слишком уж сложно, чтобы просто доставить тебе неприятности, — резюмировал подполковник — Как считаешь, Георгий?
— Согласен, — Евстифеев утвердительно кивнул, — хотя в жизни всякое может быть…
— Вот вы говорили «Ингаз»… — Черепанов продолжал думать о чём-то своём. — А по поводу подписки вы, надеюсь, пошутили, Георгий? Или у меня есть шанс съездить в стольный град Киев? Это поможет следствию многое прояснить.
