— Тут многое зависит от того, каким образом сложатся наши отношения. Сейчас меня вполне устраивает имя Деймон — так зовут маску, которую я выбрал для своей сегодняшней роли.
— Что вас интересует, Деймон?
— Мистер Драм проинформировал меня, что вы считаете себя репортером, склонным к проведению самостоятельных расследований.
— У меня нет необходимости «считать» себя, — уязвлено произнес Линк. — Моя репутация говорит сама за себя — если я захочу вам о ней рассказать.
— Мне известно, — спокойно продолжал Деймон, заваривая чай, — что под тщательно сконструированной компьютером личиной в течение нескольких лет вы профессионально занимаетесь журналистикой, «Стеффенс».
— А вы хорошо подготовились к нашей встрече. Почему?
— Не беспокойтесь, ваша особа не привлекла бы моего внимания, но я узнал, что у нас общие интересы.
— Элишиты?
— Верно.
— У вас есть особые причины ими интересоваться?
— Настолько особые, что я предпочитаю их не раскрывать. А у вас?
— Я могу ответить на ваш вопрос, — сказал Линк. — Мне кажется, элишиты что-то готовят. Слишком они скользкие, чтобы не быть интриганами. Возможно, речь пойдет о чем-то похожем на телевизионные скандалы в конце двадцатого столетия, в которых были замешаны евангелисты. Я еще не разобрался, в чем тут дело, но не сомневаюсь, что нас ждет немало сюрпризов. Так мне подсказывает интуиция.
Деймон кивнул. Даже не слишком сведущему в подобных вещах Линку стало очевидно, что они участвуют в чем-то нетривиальном. Уж слишком грациозными и уверенными были движения Деймона; казалось, он следует заранее отрепетированному сценарию. Почти бессознательно Линк выпрямился, стряхнул пыль с рукавов и штанин. Заправил рубашку в брюки и провел ладонью по волосам, затем бросил взгляд на свои пальцы и убрал руки вниз, чтобы незаметно вычистить грязь из-под ногтей.
— И что вам удалось о них узнать? — поинтересовался Деймон.
— Я тщательно сделал домашнее задание, — ответил Линк. — Прочитал все, начиная от обычной макулатуры и кончая «Происхождением и развитием модной религии» Артура Идена — надо заметить, очень подробное исследование. Жаль, сейчас книгу почти невозможно купить. Досадно, что он не смог ее переиздать.
— Однако вы не получили ответов на ваши вопросы?
— Меня до сих пор не устраивают объяснения по поводу происхождения религии. Хотя благодаря прецедентам, которые описывает Иден, я понял, почему элишизм становится все популярнее…
— Вы не подвергаете сомнению заявления священнослужителей, будто элишизм возник в Вирту, а эйоны явились первыми, на кого снизошло откровение? Или что последователи Церкви посчитали необходимым распространить свою веру на Веритэ? Что элишиты уверены — их боги однажды появятся здесь? Что интерфейс будет уничтожен, а Веритэ присоединено к Вирту? Что наш мир — это подмножество Вирту, какие бы парадоксы ни вызывало такое предположение?
— Да, конечно, звучит абсурдно. Впрочем, откровения всегда вызывают такую реакцию. А остальное, во многом, не более чем теология. Однако я согласен с вами: разговоры о том, что элишизм берет начало в Вирту, кажутся мне рекламным трюком, а вовсе не решением богов.
— Вполне возможно, — кивнул Деймон, начиная разливать чай. — Как и большинство других религий, возникновение элишизма покрыто тайной. Если вы соглашаетесь с тезисом, что элишизм родился в Вирту, без всякого участия Веритэ, то возникает немало любопытных гносеологических вопросов.
— Гносеологических? — спросил Линк, приподняв бровь.
— Связанных с происхождением, природой и границей знания.
— Благодарю.
— Вы понимаете, что я имею в виду?
— Пожалуй. А как насчет колоритной истории? Не носит же наш интерес чисто академический характер.
— Что вы подразумеваете под словом «колоритная»?
— Ну, скандал. Преступление. Наркотики, секс, мошенничество, расхищение фондов. Традиционный набор любимых публикой тем.
— Наверняка. Подобные вещи можно найти везде. Линк с интересом наблюдал за церемонией, наслаждаясь ароматом чая.
— Я не понимаю, что вы хотите сказать, — заявил наконец он. — Однако создается впечатление, что вы намекаете: там есть колоритная история, только она гораздо серьезнее и совсем не такая, как я себе представляю.
Деймон беззвучно зааплодировал. Затем подал чашку Драму, который вздохнул, улыбнулся и попробовал чай.
— Очень освежает, — заметил Драм, — в особенности того, кто наполовину заснул.
Деймон налил темный напиток себе и присел за столик.
— Или наполовину бодрствует, — добавил Драм.
— Так есть?.. — поинтересовался Линк, глядя на Деймона сквозь поднимающийся над чашкой пар.
— Уверен, хотя для скандала столетия у меня не хватает доказательств. Я рассчитываю, что мы договоримся и вы будете периодически делиться со мной своими находками. Я не имею к журналистике никакого отношения. И не выдам ваших профессиональных секретов.
— А к чему вы имеете отношение? — осведомился Линк.
— К жизни и смерти.
— Вашей собственной?
— И к ней тоже. Линк попробовал чай:
— Исключительный!..
— Благодарю вас.
