– А кто сказал, что вам надо ехать дальше? – сказал фельдфебель. – Где вам служить, решает генерал Гот и его начальник штаба генерал Фангор. Я командую охраной господина Фангора. И я скажу ему, что мы привезли с собой двух связистов. Не сомневаюсь, что он тут же оставит вас служить при нашем штабе. Можно сказать, что это большая удача. Нам не хватало связистов – и тут вы к нам подсели!
– Да, господин фельдфебель, это и правда большая удача, – отвечал Шубин. – И для вас, и для нас. Вы просто не представляете, какая это удача!
Когда они приехали на хутор Поперечный, все вышло именно так, как говорил фельдфебель Курц. Стоило ему доложить начальнику штаба, что с ним в машине приехали нужные штабу связисты, как генерал Фангор вызвал к себе Шубина и Степанчука.
– Фельдфебель Курц мне говорил, что у вас назначение в тридцать седьмую дивизию, – сказал он. – Это так?
– Не совсем так, господин генерал, – признался Шубин. – У нас вообще нет назначения. Мы оба должны были еще оставаться на лечении в госпитале, но оба попросились на фронт. И нас выписали.
– Так вы оба настоящие герои! – воскликнул начальник штаба. – Это хорошо, что у вас нет назначения и вас нигде не ждут. Сейчас я выпишу предписание, что вы оба прикомандированы к штабу нашей армии. У меня и задание для вас есть. У нас потеряна связь с двенадцатой танковой дивизией, видимо, осколком снаряда перебило провод. Сейчас расположитесь в землянке и сразу ступайте к начальнику службы связи капитану Римеру. Он объяснит, где искать повреждение. Устранить его нужно как можно скорее! К вечеру мне нужна надежная связь с танкистами. Все понятно? Тогда ступайте.
Разведчики отправились искать землянку, в которой им предстояло жить в ближайшие дни. По дороге Шубин заметил:
– Ну, вот, все и устроилось. Даже не пришлось никого убивать.
– Убивать? – удивился Степанчук. – А кого мы должны были убить?
– Здешних связистов. Я еще в машине, когда этот фельдфебель сообщил, что мы едем прямо в штаб Гота, понял, что судьба посылает нам отличный шанс устроиться при штабе, и этот шанс нужно обязательно использовать. Но тогда я еще не знал, что им не хватает связистов, и думал, как сделать, чтобы задержаться здесь, в Поперечном, хотя бы на час. За этот час я бы нашел здешних связистов и ликвидировал их. И тогда генералам, Готу и Фангору, ничего не оставалось, как пригласить нас на освободившееся место.
– И вы так спокойно об этом говорите? – поразился Степанчук. – Но я не понимаю… Ведь эти люди, связисты – они нам ничего не сделали. Как же можно их так хладнокровно убить?
– Они враги, Виктор, – ответил Шубин. – Враги, которые вторглись на нашу землю. Мы должны их убивать, это наш долг. Долг любого солдата. Особенно разведчика. Разведчик должен быть коварным и проявлять твердость по отношению к врагу. Если ты этого не понимаешь, тебе нечего делать в разведке. Ага, вот, кажется, и наша землянка. Давай пока закончим этот урок о профессии разведчика, а то нас неправильно поймут.
Вряд ли нужно уточнять, что свой разговор разведчики вели по-немецки. Даже если бы кто-то подслушал обрывки их беседы, он вряд ли бы что-то заподозрил: подумаешь, солдаты говорят о необходимости убивать врагов. А вот хоть одна фраза, сказанная по-русски, могла сразу означать провал.
В землянке разведчики заняли свободные места и уже собирались идти искать начальника службы связи, когда в землянку вошел один из ее давних жильцов – ординарец генерала Фангора фельдфебель Эйхгорн. Он обнаружил, что Шубин по ошибке занял его место, рассердился и схватил мешок разведчика, чтобы сбросить его на пол. Схватил – и поразился его тяжести.
– Что там у тебя? – спросил удивленный фельдфебель. – Гири, что ли, с собой возишь?
– Нет, господин фельдфебель, не гири, – с почтительным выражением ответил Шубин. – Там у меня много теплой одежды. Когда я воевал под Москвой, я очень страдал там от морозов. Думал, что и здесь холодно. Выписал из Германии много теплых вещей. А оказалось, здесь зима совсем не такая злая, как под Москвой.
– Значит, ты там померз, под Москвой, да, ефрейтор? – усмехнулся Эйхгорн. – Что ж, тогда твой страх перед русскими морозами понятен. Бери свой мешок и неси его вон на то место, у входа. А самые теплые вещи тебе здесь вряд ли понадобятся. Я здесь воюю с ноября и ни разу не видел морозов сильнее, чем у нас в Бранденбурге.
Шубин перенес свой мешок на то место, которое указал фельдфебель, однако уходить из землянки не спешил. Крутился, что-то перекладывал с места на место. На деле он ждал, когда фельдфебель Эйхгорн выйдет, и никто не будет за ним следить. Как только фельдфебель вышел, Шубин оглянулся, убедился, что на него никто не смотрит, кроме Степанчука, и быстро достал из вещмешка рацию. Засунул ее под шинель и только после этого вышел из землянки.
