"Ремесленными. Теми, в которых членами состоят работники разных отраслей кинобизнеса. Он прежде заработал репутацию человека, разрешающего наиболее запутанные переговоры о контрактах - представлял, как минимум два профсоюза. Я не помню их названия. Это, действительно, все, что я знаю о нем, за исключением того, что они тесно связаны с Вэнсом. Я могу лучше, чем кто другой, рассказать о том, кто наиболее близок к Вэнсу, исходя из того, как он отвечает на телефонные звонки. Когда звонит Дэйв Стармак, он бросает все дела. Единственно, кто составляет ему в этом конкуренцию - Луи Ригенштейн. А в настоящее время - ты".
"Я"?
"Ты сейчас в центре всеобщего внимания".
"Ты имеешь в виду, в данный момент"?
"Никто навсегда не остается в центре внимания Вэнса, но, сию минуту, ты находишься там". Она нахмурилась. "Почему"?
"Хоть убей, не знаю", ответил Стоун.
"О, да, как же. Я знаю, что это связано с Аррингтон, но не могу понять, как именно".
"Я несколько месяцев не разговаривал с Аррингтон". Немного месяцев, но месяцев, подумал он.
"Не хочешь мне сказать, а"?
Он пожал плечами. " Бетти, я - адвокат; некоторые вещи должны оставаться"…
Она коснулась его руки. "Понимаю. Я тоже действую по тем же самым предписаниям. Когда работаешь на такого босса, как Вэнс, конфиденциальность - золото. Если Вэнс вдруг схватится за сердце и позеленеет, пол города всеми силами будет пытаться нанять меня еще до того, как приедут парамедики. Но если я, в свою очередь, поделюсь с тобой насчет Вэнса"…
"Я понимаю", сказал он.
"Тогда мы оба понимаем". Она улыбнулась. У нее была чудесная улыбка.
"Не хочешь дать мне добрый совет"? спросил он.
"С удовольствием".
"Стоит мне согласиться на роль в этом фильме"?
Она приложила руку к груди. "Ей, богу! Если ты не согласишься, у Луи Ригенштейна будет инсульт. Имей в виду, его инсульты почти незаметны для глаза; стоит ему слегка приподнять бровь, и в нашем городе тебя никогда больше не пригласят к обеденному столу".
"Стало быть, у меня нет выбора"?
Она снова приложила руку к его щеке. "Малыш, не принимай все близко к сердцу. Это всего лишь судьба и удача. Большинство мужчин при таком раскладе прыгали бы от радости".
Она понизила голос. "И большинство мужчин уже давно кое-что бы мне предложило".
"Ну, подруга, ты даешь"!
"Завтра в это время любая женщина со студии Центурион захочет быть твоей; поэтому мне стоит поспешить".
"Я живу рядом".
"Покажи где".
"Стоун выписал счет, и, покинув бар, они зашагали по прохладной вечерней дорожке по направлению к его номеру. Она взяла его под руку, но никто из них не проронил ни слова. К запахам цветов в воздухе примешивалось неопределенность ожидания.
Номер был мягко освещен, и она прошла прямо в спальню, как лепестки, роняя на ходу свою одежду. Под дверью лежал конверт с каким-то сообщением, но сейчас Стоун был не в состоянии думать об этом. Он бросил конверт на прикроватный столик и начал лихорадочно расстегивать пуговицы.
Она разделась первой. "Не гаси свет", сказала она, скидывая покрывало с верхней простыней на пол.
Он сделал, как попросила она.
Она распростерлась на постели и закинула руки за голову. На ее прекрасном теле практически не было ни одного незагорелого местечка. В Нью-Йорке ему никогда не доводилось видеть подобное.
"Сначала я", сказала она.
Он начал с ее грудей и двигался вниз. Она лежала с руками, закинутыми за голову. Когда его руки добрались до заветной цели, ее пальцы оказались в его волосах, и она слабо застонала.
Спустя некоторое время настал его черед. И это стоило ожиданий.
Стоун медленно просыпался, поначалу дезориентировавшись в незнакомой комнате. Кровать представляла собой нечто ужасное, повсюду были разбросаны простыни, и он был один. Он потянулся и подумал о предыдущей ночи, и воспоминания о ней были весьма приятные, потом вскочил, услышав телефонный звонок.
"Хэлло"?
"Это Билл Эггерс. Почему ты не позвонил мне вчера вечером? Я прождал почти полночи".
"Право, Билл, я и не знал, что это тебя будет так волновать".
"Ты что, не получил мое сообщение"?
"О"! сказал Стоун, открывая маленький конверт. В записке говорилось:
ПОЗВОНИ МНЕ ВЕЧЕРОМ, КАК БЫ НИ БЫЛО ПОЗДНО.
"Извини, Билл, я был очень занят, и даже не прочитал его".
"Черт возьми, откуда ты знаешь Дэвида Стармака"?
"Я встретился с ним вчера за обедом в доме Вэнса Калдера".
"Только вчера"? Он звонил мне по поводу тебя вчера днем, а это было до того, как ты встретился с ним, не так ли"?
"Верно".
"Господи, что же ты делаешь в Голливуде, обедая со звездами экрана и со стряпчими"?
"Стряпчими"?
"Ты, что, не знаешь, кто такой Дэвид Стармак"?
"Мне известно, что у него достаточно влияния в сфере кино бизнеса. Вот и все, пожалуй. Кто он еще"?
"Стоун, если это случилось не на Верхнем Ист Сайде между Сорок Второй и Сорок Шестой улицами, то ты не в курсе событий, верно"?
"По-твоему, я обязан знать, кто он такой, этот Стармак"?
"Ну, может, и нет. Только очень немногие действительно знают, и так случилось, что я - один из них".
"Отчего же он так мало известен, при столь большом влиянии"?
