Они ответили это одновременно, у меня аж дар речи пропал. Вообще-то, я пошутила. Но теперь дошло, что они на полном серьезе готовы съехаться. Нет, дома-то у них большие – выбирай любой, можно даже месяц в одном месте жить, месяц в другом, если не лень будет вещи туда-сюда таскать. Но самое важное – я была согласна с тем, что постоянно прощаться или согласовывать удобное для троих время всем давно надоело. Да я только вчера страдала на своей кухне, мечтая, что могла бы в это время готовить ужин для всех, пока мужчины заняты на работе. Я, может, в поварском деле и не Артур Андреевич, но будем честны: никто не Артур Андреевич, кроме Артура Андреевича. С ним не надо конкурировать, ему можно только безропотно поклоняться.
Притом во мне все еще сидел лютый страх, что рано или поздно наши отношения кому-то приедятся. Совместный быт такой процесс только ускорит. С другой стороны, а может, и надо устроить эту проверку? Не рецидивам Артура в желании замкнуться, а всем нам. Не лучше ли разбежаться через месяц-другой, чем через годы уже после принятия более важных решений? Я не знала правильного ответа. У меня из всех вопросов отвечен только самый наитупейший: через несколько лет я захочу ребенка от Артура, но чтобы воспитывал дитя Данила. Идеальная генетика с идеальным воспитанием без зацикленности – такое чудо завоюет мир! Я вслух эту шутку никому не пересказывала, потому что она и в голове-то звучало абсурдно, но такие житейские вопросы, как банальное совместное проживание, вгоняли меня в тупик.
– Я понял, что надо делать! – воскликнул Данила громко, привлекая мое внимание. – Кто участок первый застолбил, тот его и дизайнит. Лика, не хочешь ли переехать в это царство безупречного вкуса? Соглашайся, принцесса, лакей-чистоплюй потом сам подтянется.
– Мне надо немного подумать… – я ответила заторможенно. – И не рекламируй дом – ты сам понимаешь, что дело не в нем. Твой дом прекрасен.
– Ну ничего себе! – разозлился Артур. – Лика, тогда выходи за меня замуж!
Я медленно перевела взгляд на него. Перехвалила я генетику. И куда подевался гениальный мозг человека-калькулятора? Что он только что ляпнул? И ведь ляпнул-то из чувства соперничества: не может же Данила случайно получить моего внимания больше, чем он!
Преодолевая раздражение, я встала, повернулась и застыла перед ними, сложив руки на груди.
– Вот сейчас вы точно заигрались, хорошие мои, – я старалась говорить спокойно. – Про переезд подумаю, обещала же. А тебе, Артур, отвечаю твердое нет. И не только потому, что такие предложения не произносят в запале.
Артур тоже поднялся на ноги, прищурился и склонил голову набок, сделавшись предельно серьезным:
– В запале? Лика, а ты меня ни с кем не путаешь? Это я, по-твоему, бешеный кролик, который успел покрыть полгорода, а потом вдруг втрескался в тебя – и сам охренел, что за два дня не отпустило? Ты на полном серьезе полагаешь, что я мог бы подобное сказать без составленного прогноза на следующие пятьдесят лет?
Ну, может, в этом и перегнула, но не в самих рассуждениях. Потому обратилась к Даниле, пока он в описании себя не узнал и не принялся возмущаться:
– И тебе говорю нет, Данила, хоть ты и не спрашивал. Когда решишь спросить – вспомни, что я уже ответила!
– Не понял… – Артур растерялся. – То есть я зря его тут хаял? У тебя есть кто-то еще?
От такого предположения даже Данила хохотнул, хотя и нервно. Я закатила глаза к потолку:
– Да, есть еще парочка, я вас потом познакомлю.
Артур вкрадчиво произнес:
– Нет, я вроде понимаю, что издеваешься, но теперь хочу съехаться еще сильнее, иначе меня эта мысль не отпустит…
Данила тоже подошел к нам и хлопнул второго по спине:
– О, оказывается, ревнивая сука жива и здорова, рад знать, что хоть что-то в мире не меняется. Но, Лика, ты зря так нагнетаешь. Тебя ж никто не торопит и в ЗАГС насильно не тащит, ты чего так взъелась?
Я успокоилась окончательно:
– Не взъелась, просто сейчас до конца поняла. Я вообще не хочу замуж – уж особенно, если придется выбирать одного из вас. Не хочу и не пойду. Фамилия мне собственная нравится больше ваших, замужество с любым из вас будет выглядеть странно, если я хочу стать достойным конкурентом и чтобы лет через пять меня где-нибудь в мэрии воспринимали как отдельную единицу. Тогда ради чего? Свадьбу сыграть? Ну давайте в свадьбу поиграем – я не против. Хоть каждую неделю можем наряжать меня в белое платье, которое трудно снимать, чтобы вы по разу кончили еще на завязочках. Я вдруг осознала, что пока другие девочки в детстве мечтали стать невестами, я носилась по двору со сломанными счётами и воображала себя крутой миллионершей, которой срочно нужно кого-то уволить.
– Лика, ты серьезно? – Данила от моего описания заулыбался.
– Думаю, да. Сообщу, если что-то изменится. Кажется, вы оба более зашоренные, чем я! Мы уже все правила поломали, так нам ли оглядываться на остальных?
