В остальном же все было вообще прекрасно. Интересно, почему я раньше так опасалась огласки, ведь почти никакого эффекта от нее так и не ощутила? Людям, оказывается, вообще на многое плевать. Большинство попросту не обращает внимания, что я держу во время прогулки под локти двух мужчин или что мы ужинаем в ресторане втроем. Мало ли почему мы втроем, пока не стягиваем в общественных местах друг с друга одежду? Те же, кто заметил и осознал, то отчего-то не подлетел с воплем: «Ах ты шлюха некрасивая! Ну-ка отпусти одного – остальным женщинам тоже должно что-то перепасть!» Я даже понятия не имею, что они потом между собой говорили, если подобное зрелище вставало им поперек горла. Может, сидели на своих кухнях с квадратными глазами и по очереди осуждали? Да ради бога. Если людям больше не о чем поговорить – пусть говорят о нас, ведь мы этого заслуживаем и вместе, и по отдельности.
Проблема обнаружилась вообще в неожиданной стороне, о которой я до тех пор и не думала беспокоиться – при знакомстве с моими родителями. Они у меня умные и продвинутые, в моем характере никогда не сомневались, зная, что я живу головой и давно принимаю самостоятельные решения. Но когда я им представила Артура как своего молодого человека, а потом сразу Данилу как своего молодого человека, мама схватилась за сердце и улетела в спальню, забыв об ужине, на который нас пригласила. Папа же выдохнул:
– Я слишком стар для этого века. В наше время такой хренотени не было.
Налил себе стакан водки, залпом выпил, закусил хвостом фаршированной щуки и пошатался утешать маму.
Прошел не один месяц, прежде чем мама нехотя начала делиться с Артуром рецептами, и еще несколько недель, когда папа совершенно буднично позвал Данилу на рыбалку. Ему Данила сразу по душе пришелся больше – с ним можно похохотать, глянуть футбол и обсудить цены на бензин матами. Не то что «этот непонятный сноб, к которому на кривой кобыле не подъедешь». Мама же при каждой встрече выбирала момент, чтобы поиграть бровями и покоситься на Артура – без перевода было ясно: «Не занимайся ерундой, доченька! Хватай этот бесценный дворянский генофонд и кольцуй его, кольцуй. Таких мужчин вообще на свете больше не осталось!» Когда я упорно не понимала посыл, она оттаскивала меня в сторону и говорила уже прямо. Родители у меня очень дружные, это был первый вопрос, когда они заняли совершенно разные позиции. Ну а я что могу, кроме как в ответ улыбаться? Разве что признать, что унаследовала вкус и мамы, и папы?
В бархатный сезон отели забиты под завязку. Ебать меня лопатой, но я даже не подумал об этом подумать! И теперь, стоя в центре мраморного холла, соображал, как сообщить об осечке остальным.
– Что пялишься? – заметил мой взгляд Артур. – Я зарезервировал двухместный еще в прошлом месяце. Бархатный сезон же.
А, ну тогда мы спасены. Может, мне какой-нибудь ежедневник или планёр завести? А то из головы некоторые мелочи вылетают. Но у нас есть вечная страховка в виде Царева – маньяка хлебом не корми, дай все распланировать на квартал вперед и никому не доверять важные поручения.
Двухместные номера с одной большой кроватью идеальны, мы это давно выяснили. И очень любили такие короткие путешествия на пару дней. Нет, дома мы тоже себе ни в чем не отказывали, но смена обстановки всегда идет на пользу. А особенно на пользу идет то, что здесь убираются горничные. У Артура бзик – он сразу настоял, что мы втроем уж точно сможем справиться с тем, с чем он раньше справлялся один.
А мне до того дня еще ни разу не приходилось убираться в большом доме. Я, собственно, не найду семь отличий между отпаривателем и пылесосом. В итоге я так старался, что Лика с Артуром меня выгнали на улицу, назначив садовником. Это дело хотя бы мое – понятное и приятное. А они там пусть копошатся сами с тряпками и швабрами. Но когда я закончил стрижку кустов и вернулся, то застал их на полу в позе «шестьдесят девять». Устали, говорят, решили полчаса отдохнуть. В общем, Артур заканчивал уборку один, пока Лика своим прекрасным ротиком меня лечила от моральной травмы. Раз утешила, два утешила, а на третий уже и Артур вернулся. Тоже захотел. Никогда не представлял себя в семейной жизни, но понял, каким был дураком – если семейная жизнь именно такая, то я впустую потратил столько лет! Хотя с другой девушкой такого кайфа я бы и не дождался.
