Джудит с огорчением нашла его исхудавшим и будто больным. Даже глаза совсем потемнели.
Итан явно собирался отчитать ее, как безмозглую малолетку.
— Ты совсем замерзла, — недовольно констатировал он, — зачем ты тут торчишь в такой мороз? Чего тебе дома не сидится? Хочешь заработать воспаление легких?
Конечно, расстроилась Джуди. Ей уже семнадцать лет, а он так и не заметил, что она повзрослела. И упрямо продолжает разговаривать с ней, как с несмышленым ребенком.
А сам то, между прочим? На ней все-таки полное обмундирование — и стеганая куртка, и шапка с шарфом, и даже перчатки, а друг был возмутительно легко одет. Пальто, скорее осеннее, нараспашку — джемпер под ним совсем тонкий, а в волосах застряли снежинки.
— А тебе чего дома не сидится?! — сердито передразнила она, — хочешь заработать воспаление легких?
Итан прищурился, но тут же улыбнулся. Боевой характер девчонки его всегда забавлял.
— Ладно, пойдем, — примирительно сказал он, и, подцепив Джуд под локоть, повел ее к берегу, — простудишься.
— Нет! — она вырвалась и преградила ему дорогу, — ты меня не прогонишь. Это уже не сработает. Я тебя, между прочим, ждала, — добавила она тише.
— Хорошо. Дождалась. Пойдем.
— Нет, — воспротивилась девушка.
Она глубоко вдохнула морозный воздух, собираясь с силами, и с неудовольствием признала, что в голове откровенный разговор складывался куда более ладно. Она провела много бессонных ночей, размышляя, как бы облачить свои чувства в слова. Времени у нее было в достатке — вся чертова зима.
Никак не выходило начать. Она молчала, выпуская облачка пара из приоткрытого рта.
— Я скучала, — наконец выдавила из себя Джудит.
Итан сделал вид, что не понял, но его взгляд изменился. Услышанное ему едва ли понравилось.
У них с Лорной были одинаковые глаза — светло-карие, желтоватые. А сейчас и взгляд сделался один в один. Прежде Итан никогда на свою маленькую подружку так не смотрел — холодно и почти с отвращением.
— Я скучала, — уже громче, увереннее повторила девушка, — я очень-очень хотела тебя увидеть.
— Заканчивай с этим, Джудс, — строго сказал Итан.
— С чем? — растерялась она.
Парень сделал неопределенный жест рукой. Пальцы у него от холода совсем побелели и отдавали мертвенной синевой. Из-за своей непомерной худобы и глубоких мешков под глазами он в целом производил удручающее впечатление. Раньше Джуди этого не замечала, а теперь забеспокоилась.
С ним что-то неладно — испугалась она.
— Что с тобой?
— Не забивай себе голову ерундой, — отмахнулся друг, поморщившись.
— Ерундой? Я не понимаю.
