Джуди ведь могла просто выпить таблетку снотворного, чтобы пережить эту кошмарную ночь. Не менее кошмарную, чем в прошлом году — и за год до того — и каждый раз на протяжении всего десятилетнего срока, когда наступало время очередной годовщины.
Седативное валялось на прикроватной тумбочке, а она стояла босиком, в растянутой майке для сна, с клоком нечесаных волос, нашептывая какую-то ерунду старинному зеркалу.
Не важно, кто виноват. Зеркало, она сама или тот мутный тип, внушивший девушке сумасбродную идею о спиритическом сеансе.
Он будто специально доставил Джуди ее приобретение именно этим вечером. Как знал, что она ворочается без сна, прочесывая интернет в поисках различных ритуалов и обрядов для связи с умершими.
Вместо того, чтобы весело провести ночь. Или, на худой конец, проглотить
— Яви, — повторила Джуди.
Она обратилась к своей памяти, как советовали в сети. И запретные воспоминания ожили, обрели прежнюю четкость и остроту:
Встречи с Итаном в их «секретном месте». Кислые зеленые яблоки. Его голос и книги. Шепот реки.
Белые гиацинты, тонущие в потоках грязной дождевой воды. В мартовской грязи.
—
На тумбочке пиликнул телефон. Кого-то ей призвать удалось, жаль не того, кого бы хотелось.
Джуди выругалась сквозь зубы и распахнула глаза. Она почти поймала нужную волну, но вмешательство внешнего мира испортило весь настрой. Вмешательство Габи.
«Детка, ответь. Ты как? Вызови врача, не мучай себя»
Джуд потянулась за чашкой, промочить пересохшее горло.
Сообщению предшествовала целая куча пропущенных звонков. Немудрено, что Габриэлла занервничала. Она догадывалась, что подруга не просто так отказалась посетить ежегодное празднование Марди Гра, сказавшись больной. Нужен был по-настоящему серьезный повод.
Нелепое совпадение, что на сей раз Жирный вторник пришелся на
Габи не знает. Она не поймет. Назовет Джуди сентиментальной дурой и будет сто раз права. Ведь прошло десять лет — и это достаточный срок, чтобы отпустить прошлое. Джуд правда пыталась.
Не сработала даже дистанция в полторы тысячи миль.
«Я была влюблена в своего друга детства, но…».
Чашка выскользнула из дрогнувших пальцев.
Джудит проследила, как волна влаги расползается по обшарпанному полу. Она опомнилась, недовольно прицокнула языком и ушла за веником, чтобы прибрать беспорядок.
«Я уже ложусь спать, утром наберу» — отправила она и, только откладывая телефон, заметила, что поранилась осколком керамики.
Разозлившись на себя за эту оплошность, Джуди вернулась к зеркалу, вцепилась в раму и строго посмотрела в глаза своему отражению.
— Прекрати это, идиотка, — потребовала она и передразнила, пародируя интонации матери, — да когда ты уже успокоишься, Джуд!? Что ты к нему прицепилась? Оставь его! Даже на том свете не дашь покоя!
Джуд заткнулась.
Боковым зрением она уловила какое-то движение в темноте, но, обернувшись, никого не увидела. Расставленные перед зеркалом свечи создавали мистическую атмосферу и подначивали ее разыгравшееся воображение.
Пора заканчивать с этим. Выпить таблетку и спать — с сожалением признала она.
Она потянулась к ближайшей свечке, но та потухла сама собой, опережая намерения девушки. Примеру последовали и остальные огоньки, будто сбитые сильным порывом ветра.
Джуди перевела взгляд на зеркало и попятилась: за ее плечом высилась чья-то фигура. Девушка несколько раз моргнула, надеясь, что видение исчезнет, но призрак становился все отчетливее, словно сотканный из тьмы, постепенно обретающей плоть.
Она отступала назад, пока не уперлась лопатками в противоположную стену.
Зеркальная гладь пришла в движение.
Она казалась жидкой. И по ней, прежде спокойной, пошли круги, как от брошенного в воду камня. Они расходились все шире и шире, словно содержимое рамы вот-вот прольется за край.
Серебряная волна вытолкнула в комнату силуэт человека, совсем черный во тьме. И сияющий шторм успокоился.
Зеркало вернулось в свою прежнюю форму. Отражение стало четким. Джуди увидела себя — побледневшую от ужаса, в теплых отблесках фонаря с улицы. И спину незваного гостя.
— О боже, — пробормотала она. Губы плохо слушались, а в горле встал ком. Смятенный разум пронзила острая игла узнавания:
—
Гость из зеркала повернулся и неверяще уставился на свое отражение. Из-за недостатка света в помещении его глаза казались черными. Он мало походил на себя прежнего.
Ничего удивительного, ведь прошло
