Совершенно случайно она попадает однажды во время перерыва в бригаду штукатуров. Заходит к ним «просто так», потому что злится на своих ребят и не хочет с ними обедать. А злится справедливо... Генка сегодня до того плохо работает, что ей все время хочется подойти и треснуть его. Навалит раствора больше, чем надо, размажет, а он растекается, свисает по стенке и застывает отвратительными потеками. Светка смотрела-смотрела на все это, не выдержала, подошла:
— Гад ты, Генка, больше никто! Смотри, стена у тебя какая! Глазам пакостно! И раствору в два раза больше изводишь.
— Иди ты знаешь куда! — вяло огрызнулся Генка.
— А чтоб у тебя лапы пообвалились! — взвилась Светка. — Неужели не стыдно? Я девчонка, и то...
— Какая ты, к черту, девчонка? — оскалился Генка и тяжело хлопнул ее по плечу.
— Что за шум, а драки нет, — «сострил» подошедший к ним Колька. — Оставь Генку-то. Он не твой, а мой подсобник. Катись отсюда!
Светка еще раз взглянула на стену и испуганно всплеснула руками:
— Господи! Да ведь вы «пузо» сделали!
— Где это? — нахмурился Колька.
Стена действительно выпирала бугром, наплывом. Это означало, что ее «завалили», или, говоря языком каменщиков, сделали «пузо».
— Ломать же придется, перекладывать! Гад ты проклятый!..
Светка кричала теперь на Кольку. Колька подошел к ней совсем близко, словно хотел ударить, и тут Светка почувствовала, что от него пахнет водкой. Подошел и Генка. От него тоже пахло водкой. Светке вдруг стало до омерзения противно. Она резко повернулась и ушла, не сказав больше ни слова.
Наступил час обеденного перерыва, и, чтобы не встречаться ни с Колькой, ни с Генкой, она спустилась к штукатурам.
Девчата-штукатуры сидят в маленькой теплой «курилке». Впрочем, «курилка» — название условное. Как раз если кто закурит, того выпроваживают из «курилки». В этой комнатушке штукатуры греются, обедают, совещаются. Светка открывает дверь, когда «курилка» уже полна народу. Девчата шикают на нее, но, потеснившись, уступают место на опрокинутом ящике. Все они держат на коленях сумки или свертки, достают оттуда булки, бутерброды, бутылки с молоком. Обедают... Светка достает из кармана кусок хлеба, пригоршню конфет, наливает из бачка воды в пол-литровую банку. Пока она возится, все почему-то с нетерпением поглядывают в ее сторону, а когда успокаивается, бригадир штукатуров Петр Тимофеевич Белоусов говорит:
— Ну что ж, продолжим...
Со скамейки поднимается не знакомая Светке девушка, аккуратненькая, чистенькая, одетая не в спецовку и не в ватник. «Интеллигентка», — решает Светка и с неприязнью ее разглядывает.
Девушка раскрывает газету, пробегает глазами по строчкам, потом снова закрывает ее и, улыбнувшись, спрашивает:
— Дальше я вам своими словами расскажу. Можно?
И она рассказывает о рабочих бригадах, которые одинаково борются и за производительность труда, и за культуру. О тех рабочих, которые считают, что понимать и любить музыку — это так же важно, как важно понимать и любить свой станок.
Светка слушает чистенькую девушку с недоверием и недоумевает: почему все остальные так внимательны к ее рассказу? А девушка говорит еще и о том, что в бригадах этих люди и трудятся и живут по принципу «один за всех, все за одного».
«Как у нас вроде... — соображает Светка. — Врозь даже ста граммов не выпьют... — И тут же вспоминает сегодняшний инцидент, хмурит редкие кустики бровей. — Нет, не как у нас!»
Когда девушка уходит, Светка спрашивает, кто она. Оказывается, секретарь комитета комсомола треста Тамара Киселева. Светка недобро ухмыляется.
— Понятно... Чистенькая... В кабинете сидит!
— Ну да! — возражает ей Зоя Алексеевских. — Тамара с нами работала. Маляром. Она после десятого класса по комсомольской путевке сюда приехала.
Штукатуры расходятся по рабочим местам, Светка нехотя идет в свою бригаду.
И опять с ней происходит что-то непонятное. Начинает казаться, будто уж не такие они ей друзья, эти парни из бригады каменщиков. И не так уж они к ней хорошо относятся... Светка реже и реже остается обедать с ними. Уходит к штукатурам в «курилку» и обязательно застает там что-нибудь новое. То Петр Тимофеевич Белоусов девчатам о смежных профессиях рассказывает, то все вокруг нового номера стенгазеты соберутся, а то книжку коллективно читают. Светка садится на ящик возле двери и слушает.
