Ад обретал плоть и кровь. Новые щупальца-отростки уже ползли в иные измерения, сминая время, присасываясь к пространству, стабилизируя систему, самой сутью которой являлась нестабильность.
Постепенно Отросток стал действовать избирательно – самое сильное стремление к существованию излучал один из избранных людей, и оно обеспечивало не только его собственную жизнь, но отчасти и жизнь его спутников – обеспечивало жизнью, дорогой, адом…
Остальные должны были умереть. На самом деле они должны были умереть еще в начале, разбиться на повороте – если бы не вмешательство Отростка… Но не стоит столь резко менять прошлое, пока его полностью не поглотила расширяющаяся Некросфера. Пусть умрут. А потом пусть умрет и самый сильный. Найдутся другие, обязательно найдутся, уже нашлись, а пока…
Пока невидимые вихревые структуры Отростка жадно пульсировали, передавая последние судороги умирающих, обреченных – жуткая искаженная реальность предусмотрела все…
Кроме того, чего она предусмотреть не могла!
Человек, питавший своей волей Ад, встал с земли, и вместо истошного внутреннего вопля «Жить!», так нужного Некросфере, в распахнутые каналы Отростка ударила торжествующая и неукротимая радость надвигающего конца, радость долгожданного и освобождающего Права на смерть!…
Те, которые Он, нашли свое Право.
Спрессованная некротическая волна прогрохотала по вибрирующему Отростку, хлынув в ядро Некросферы, мгновенно войдя в резонанс с ее структурой, сотканной из смерти – но не из жизни. Сладостный и гибельный озноб сотряс реальность будущего – и начался распад! Право на смерть отказывало Аду в праве на жизнь…
С грохотом рушились столпы и опоры цивилизации оживших вещей, превращались в ничто века и события, очистительные ветры выли над измученной Землей, сметая настоящее, продувая прошлое, вытряхивая время и пространство… Некоторые очаги Некросферы еще держались, отгородившись от волны саморазрушения защитными барьерами, но из прошлого уже надвигалась полоса отрицательной вероятности – история лавинообразно менялась, от каждого узлового пункта в будущее ползли вариантные линии, и остатки Некросферы захлебывались в их потоке…
Будущее становилось чистым листом бумаги. На нем можно было писать заново.
<p>Книга третья. Вошедшие в Отросток</p><p>Явление последнее</p>…Я стоял и смотрел на лес и дачные домики, и на вылезающее из-за горизонта пухлое розовощекое солнце, а за спиной у меня было море, и солнечные блики прыгали по слегка покачивающейся поверхности, а под ногами тянулся пустынный песчаный пляж…
