– А ты не повторяй, – дерзко ответила она. – Я умная, я все с первого раза понимаю. Опять будешь меня беременностью упрекать и ребенком пугать? Не надо, я пуганая. Что тебе с этого ребенка? Тебе на него наплевать, ты даже не собираешься официально быть его отцом! Ты вообще ничего не собираешься делать, ты ничего не можешь, только обманывать меня и завтраками кормить, только все обещаешь, обещаешь, а сам ничего не делаешь.
– Я тебе ничего не обещал. Я же объяснял тебе, что…
– Да чихать мне на твои объяснения! У меня своя жизнь, и она проходит, проходит, проходит, – Лиза бессильно заплакала. – Она проходит, и в этом виноват ты. Ты во всем виноват!
Ну вот, и здесь он виноват. И дома. И перед соседями. Он кругом виноват. Это невыносимо.
Лизины загулы длились до середины февраля, потом она словно опомнилась, спохватилась и стала вести себя, как образцовая будущая мать: гуляла, спала, ела строго по часам и только то, что рекомендовали врачи, стала больше улыбаться и меньше плакать. Родиславу стало казаться, что черная полоса миновала и дальше все будет просто замечательно.
10 марта 1985 года умер пришедший на смену Андропову Константин Устинович Черненко, и всех сотрудников МВД перевели на так называемый усиленный вариант несения службы. Это означало, что все должны находиться на рабочих местах с девяти утра и до специального указания, то есть до девяти, а то и до десяти вечера. То же самое происходило и когда умер Брежнев, и когда скончался Андропов. Именно в этот день Лиза внезапно почувствовала себя плохо и вызвала «Скорую». Ее отвезли в роддом, и через два часа она произвела на свет мальчика Дениса.
– Это как же понимать? – нахмурился Камень. – Ты же говорил, что ей рожать в начале апреля. Обсчитался, что ли? Или момент зачатия неправильно определил?
– Я никогда не обсчитываюсь, – гордо ответил Ворон. – У меня в детстве по арифметике только пятерки были. Но я за ней специально в роддом летал, смотрел, что и как. Она родила восьмимесячного ребенка.
– А это не опасно? – забеспокоился Камень. – Он же недоношенный получился.
– Опасно, – согласился Ворон. – Вот послушай, я тебе все подробно обскажу. Правда, я половины не понял, но запомнил все дословно, что врачи говорили. Роды прошли с осложнениями, у Лизы было высокое артериальное давление, и гинеколог принял решение форсировать события и стимулировать роды. Получились так называемые стремительные роды, и у младенца в мозгу появились микрокровоизлияния, ему сделали ультразвуковое исследование мозга через родничок и зафиксировали это.
– И чем это нам грозит?
– А я почем знаю? – Ворон недовольно крутанул головой из стороны в сторону. – Я же не доктор. Я только наблюдаю, как Лиза с ним мучается. Ребенок крикливый, легковозбудимый, плохо кушает, плохо набирает вес. У Лизы молоко через неделю после родов пропало, так что малыш растет на искусственном питании. И еще он часто какает и срыгивает, так что Лиза только и делает, что стирает, на него никаких пеленок-распашонок не напасешься. Врач говорит, что у ребенка снижен этот, как его… черт, слово забыл, длинное такое, на институт похоже…
– Иммунитет? – подсказал Камень.
– Во, правильно, он самый. И еще у него снижен… тьфу ты, тоже забыл, на геморрой похоже…
– Гемоглобин?
– Да, верно, гемоглобин.
– И что это значит?
– Доктор сказал, что это бывает, если у мамочки был токсикоз или если она неполноценно питалась и выпивала. У ребенка недостаточное снабжение кислородом мозга, легких и всех остальных органов и тканей, и он начинает часто болеть простудами и всякими респираторными заболеваниями. Слышь, Камень, а респираторные заболевания – это что? Это когда живот распирает?
Камень объяснил. С общими основами медицины он был знаком.
– Теперь понял, – кивнул Ворон. – Ну, вот так она и мается с малышом. А мальчишка красивый получился – глаз не оторвать. Даша-то у нее так себе, ни в Лизу, ни в Родислава, я как-то в Дмитров летал на Лизину семейку посмотреть, так я тебе скажу: Даша – вылитый Лизин отец, лицо узкое, длинное, и сама она длинненькая такая и узенькая, как столбик. А Дениска – красавчик, даром что еще совсем кроха. Вырастет – всем девкам смерть будет.
– А Родислав-то что же, помогает с младенцем?
